Фурфур улыбнулся мне. В голове закрутились образы – я с мечом на поле, я выставляю защиту, я сбегаю из Дома Солнца, я на рукопашном бое... Я мысленно улыбнулась пушистому малышу в ответ. Он знал, что я готова.
Я тихо постучала в дверь кабинета. Услышав глухое «Войдите!», я отворила дверь и уверенно шагнула внутрь.
— Маргарита! – в глазах куратора я видела слабую улыбку.
С момента нашей последней встречи он еще больше осунулся. Даже ярко-рыжие волосы как-то потускнели и висели печальными прядями у лица. Мастер Фирс поскреб недельную щетину на подбородке и жестом предложил мне сесть.
Когда я устроилась в кресле, мастер Фирс провел мне инструктаж. Убедившись, что я все поняла, он соединил пальцы рук и откинулся в кресле. Я приняла это за молчаливое «Приступай!».
Взяв за лапку своего фурфура, я показала Фафику одно из воспоминаний – Ричард Мрак, обеспокоенно вглядывающийся в мое лицо после моего «удачного» падения со скалы. Фафик, я почувствовала, начал покачиваться.
— Рик! Ричард! Мрак, мерзавец, я с тобой говорю! – мысленно кричала я в пустоту.
Пустота молчала минут пять. Когда я уже отчаялась орать, тихий, вкрадчивый голос Ричарда Мрака раздался в моей голове:
— Рита? Как ты? Как ты это делаешь?... Ты в порядке?
Пересилив охватившую меня бурю эмоций от звучавшего в моей голове голоса парня, я ответила:
— Это фурфур... Долгая история. Ричард, ты не мог бы... Ричард, ты мне нужен здесь, в ЭМУ. Давай встретимся в парке через пятнадцать минут? – я молила Небеса, чтобы он не догадался. А ведь он мог! Мрак – слишком умен для такой глупой засады! Что я творю?! Он же точно все понял! Он уже все понял!
— Рита, что с тобой? Тебя никто не обидел? Ты в Университете? Рядом кто-то есть? – Небеса, кажется, я слышала беспокойство в его голосе! Ох... Какая же я мерзкая. Он беспокоился обо мне, а я веду его в западню!
Перед мысленным взором появилось красивое лицо Ричарда Мрака. Губы, мягкие и требовательные, прямой нос, нахмуренные брови, острые скулы... Рита, не думай об этом! Не думай! Не вспоминай!
Я почувствовала, как Фафик сжал мой палец второй лапкой. Пушистик не давал мне провалиться в воспоминания, в приятные воспоминания о Ричарде Мраке. Я благодарно коснулась шерсти фуфура свободной рукой.
— Да, все пока в порядке. Но я ничегошеньки не понимаю. ОГР, допросы, убийства... Рик, пожалуйста. Мне страшно.
Мрак молчал. Я знала – думает.
— Хорошо. Жди, пятнадцать минут. Не давай себя в обиду, я скоро буду.
Я открыла глаза. Мастер Фирс вопросительно поднял бровь.
— Ну?
— Да, — выдохнула я. – Парк, через пятнадцать минут.
Мастер Фирс удовлетворенно кивнул и поднялся с места.
— Вы тоже собираетесь участвовать? – удивилась я.
— А как же. Не могу же я подставить тебя под удар, а сам отсиживаться в кабинетах? Не мое это – столы, кабинеты, отчеты... — ответил оперативник, открывая мне дверь и пропуская вперед.
Сердце колотилось. Я чувствовала, что что-то не так. Ужасная мысль взорвалась в моем мозгу, и я резко остановилась.
— Мастер Фирс... Вы ведь его не убьете? – спросила я, не веря, что произношу это.
— Сразу – нет, — честно ответил куратор, подталкивая меня к лестницам.
***
ЭМУ, крыша учебного корпуса, крыло дома Марса
Лекс рассматривал парк. Три группы у колонн, две в районе пруда, три у деревьев, одна патрулирует. Через каждое третье окно учебных корпусов – оперативник-стрелок. Подготовились...
Еще несколько минут – и спокойный с виду парк наполнится звуками, выкриками, стонами.
Лекс не был идиотом. Он прекрасно понял, что его ждут. Парень слегка сжал кулаки и тут же разжал их. К Гидре эмоции. Она не предавала его. Они друг другу никто, чтобы говорить о предательстве. Но почему тогда он чувствовал себя так паршиво?!
В конце концов, если его догадка верна, в чем Лекс почти не сомневался, то еще пару минут – и оперативники, ждущие его в этом парке, сменят свою цель. А этого Лекс допустить не мог.
Во-первых, из-за миссии. Во-вторых...
Маргарита Сола выпорхнула из здания. Одна. Уверенным, легким шагом направилась к парку. Коса девушки поистрепалась, ее матово-бледное лицо обрамляли по бокам две черные пряди. Рита покрепче закуталась в светлую тонкую ткань. Наверное, мерзнет. Девушка присела на одну из скамеек. Огляделась. Такая хрупкая. Такая смелая.
Луна уже почти совсем поднялась в свою наивысшую точку этой ночи. Надо торопиться, если он хочет, чтобы девушка выжила. Лекс втянул носом воздух. Все чувства бойца обострились. Парень неслышно скользнул вниз с крыши.