Ира подняла на неё глаза с благодарностью:
— Спасибо, Аврора.
Та лишь коротко кивнула и пошла открывать калитку.
Весь оставшийся день Ира провела в смутных чувствах. Но при этом старалась не отходить от телефона — чтобы её не опередила какая-нибудь Юля. Даже уходя в детскую комнату, Ира старалась держать ухо востро и прислушиваться: вдруг пропустит звонок. И когда около семи вечера телефон, доселе молчавший, зазвонил, она подскочила к трубке первой:
— Алло?
— Алло. Можно Ирину, — произнес незнакомый женский голос на том конце провода.
— Это я, слушаю, — решительно сказала Ира, и её сердце застучало в приятном ожидании.
Но вместо ответила она услышала какие-то шорохи, будто трубку передали кому-то другому.
— Надеюсь, ты помнишь о нашем недавнем разговоре, Ира.
У той застыло дыхание.
— Кто это?..
— Это Кристина.
— Что тебе надо от меня? Какого чёрта ты сюда звонишь?
Та злобно усмехнулась в трубку:
— Не прикидывайся дурой, ты прекрасно знаешь, что мне надо. Просто напоминаю, что я уже готовлю документы в суд, и если ты не принесёшь мне деньги, я дам делу ход. Даю тебе время до конца весны.
У Иры засосало под ложечкой:
— Флаг тебе в руки. Ты всё равно его не выиграешь, — сосредоточенным голосом сказала она. — Можешь хоть тысячу раз судиться, но я одинокая мать с копеечным доходом. Мне не с чего тебе платить…
— Ты пожалеешь о своём решении, — подозрительно спокойно ответила Кристина.
— С какой стати?..
— С такой, что судья окажется на моей стороне, хочешь ты того или нет.
Ира стиснула зубы. В ней бурлила злоба от осознания, какой же хищницей оказалась любовница её бывшего:
— Подкупишь судью? — вскрикнула она. — Вот как, значит? Лучше бы пустила эти деньги на лечение своего благоверного, а не на преступление…
Она увидела краем глаза, как к телефону подошла Наташка с обеспокоенным взглядом и нахмурила брови.
— Это уже не твоё дело, Ира, — едко ответила Кристина. — Даю тебе время до конца весны. И если не увижу денег, то готовься оплачивать реабилитацию Андрею алиментами до конца своих дней.
Ира шлёпнула трубкой по телефону с такой ненавистью, что стоящая рядом Наташа вздрогнула.
Глава 15
— Если у неё и получится что-то отсудить, то это будут копейки… — неуверенно бормотала Наташа, сидя на кровати в женской спальне и поглаживая Иру по плечу. — Ни на какую реабилитацию этого мизера не хватит. Она поймёт, что облажалась.
— Согласна.
— Тоже так считаю. С её стороны за такие деньги судиться — это себя не уважать.
Девочки сидели вокруг Иры и смотрели на неё с жалостью. После их последнего разговора с Кристиной новость о суде разлетелась по Дому матери мгновенно: наутро об этом знали уже все.
Ира и рада была скрыть свои личные перипетии от девочек, но сил держать это в себе уже не было.
— А когда я полноценную работу найду, что делать? Половину зарплаты отдавать? — в сердцах воскликнула Ира, оторвав лицо от мокрых ладоней. — Не всю же жизнь мне в Доме матери жить… Ну вот за что они меня так мучают? За что?.. Только всё начало налаживаться, дополнительный заработок, хоть какие-то деньги для детей… И этот чёртов Андрей с Кристиной…
— Вдруг она блефует? — холодно спросила Поля, и все в момент перевели на неё взгляд. — А что? Много коварных баб на свете, каждой верить что ли? Я б на твоём месте ничего не делала. Судью подкупить — не плёвое дело.
— А если не блефует? — возразила Таня. — Тогда Ира может без части заработанных денег остаться. И выплачивать Андрею алименты, пока он эту свою новую пассию замуж не позовёт. Рискованно.
— И что предлагаешь, ехать в город, кредит на сто тысяч брать? — процедила Ира, шмыгая носом. — Да мне ни один банк столько не выдаст. Не говоря уж о том, что отдавать я их буду до конца жизни.
— Тем более, — подтвердила Таня. — Не факт, что эта стервятница блефует. Знает, что денег Ире взять неоткуда, поэтому надеется на подкупного судью, который оформит всё в её пользу, чтоб Ира без последнего рубля осталась. Просто из принципа.
Полина дёрнула носом и посмотрела в окно. Сквозь суровые тучи, которые гуляли над их посёлком последнее время, стало проглядывать солнце.
— Ладно, — Ира встала с кровати и стёрла слезу из уголка глаза. — Спасибо вам за поддержку, конечно, но пойду лучше прогуляюсь. Пока дети не вернулись из школы.
На самом деле, ей не хотелось находиться в их обществе, потому что она боялась проговориться про Егора. Волна негодования от действий Кристины разбивалась об огромную скалу: чувство, что её сын ко всему этому причастен. Ей до безумия хотелось кому-нибудь откровенно выговориться, спросить совета, убедиться, что она не виновата во всех этих несчастьях, которые на неё свалились. Но признание Егора будто затягивало удавку на шее.