26 августа. Сегодня ребят из нашего 6-го класса хотели сводить в лес. Пришел десятиклассник-пионервожатый, но старшая воспитательница накричала на него. Он не проинструктировал ребят. Наш поход отменили. Опять будем сидеть в своей ограде… А нам так хотелось переночевать в настоящем лесу, в палатке.
28 августа. Тетя Клава сказала Гуле, что отец у Царьградской осужден. Тетя Клава называет воспитанников детдома «покормленышами». Люба — покормленыш, я — покормленыш, а Гуля — не покормленыш, она живет с мамой. Я родилась на станции Богадинской. Мама отдала меня в детский приют г. Тюмени. А где моя мама? Мне тринадцать лет, а я ее ни разу не видела.
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
ТЕТРАДЬ № 2. ДЕТДОМ. ШКОЛА
13 сентября 1961 г. Как мы проводим дни в 6-м «А» классе. Вчера мыли окна в комнате группы, а сегодня полы. Стекла чистые-пречистые, лучи рисуют на стене прыгающих зайчиков. Как в кино. К нам пришла Гуля Булатова. Ей мать проколола уши, она с сережками. Мы долго шептались о родителях Царьградской. Со двора вошли в комнату. Включили репродуктор. Мне еще тринадцать лет, что ждет меня впереди? Какой я буду через десять лет. О любви пока не думаю. Мне хочется иметь сережки, как у Гули Булатовой. Она сказала, что забеременеть можно от поцелуя с мальчиком. Меня никто не целовал.
Все обсудили. Решили: люди на земном шаре должны жить по-коммунистически, друзьями. На этом разошлись. День прошел благополучно.
14 сентября. Встала в 6 утра. Заправила койку и помчалась умываться. Мыла пол в коридоре вместе с техничкой. После работы учила уроки. Выполнив домашнее задание, поспешила в школу. В классе появилась перед самым звонком. Урок арифметики был веселым. Объясняли раздел пропорций. На уроке рисования никто учителя не слушал. Шумели, галдели. Нас вызвали в учительскую и отчитали. У меня испортилось настроение.
15 сентября. С 5 часов 45 минут на ногах. Дежурила на кухне. Чистила картошку, мыла посуду. После уроков по дороге из школы беседовала с Гулей Булатовой о любви. Дети не рождаются от поцелуев! Это глупость! Я пощупала свой живот и сказала: «Найденова хочет дружить с Аней Царьградской». — «Будем дружить и держать язык за зубами?» — спросила Гуля. «Согласна», — ответила я. Тогда Булатова рассказала мне, что Аня Царьградская вместе с другими девочками пошла уносить из класса журнал, ее учительница по русскому попросила. Но Аня зашла в кабинет физики, там никого не было, и поставила себе по предметам несколько пятерок. И другим девочкам тоже.
Я сказала, что буду немой как рыба. Тайну не выдам. Булатова ездила с матерью в больницу к сестренке, видела, как делают уколы в руку. Гуля хочет быть врачом, а я не представляю, как мне стать артисткой.
16 октября. Сегодня занятия опять во вторую смену. На уроках было хорошо. Во время перемены носились во дворе, смеялись. После уроков оставалась в школе разучивать пляски, я еще училась играть на гитаре. Когда мы возвращались домой, то за нами увязались мальчишки из нашего класса — Валерка Подкидышев и Абдрахман Алибеков. Было уже темновато, зажглись на столбах огни. На повороте в проулок Алибеков толкнул меня в снег, я упала. Люба подала мне руку, отряхнула снег с пальто. Мы пошли дальше, в темноту. Мальчишки нас преследовали. «Будь что будет», — прошептала я Любе. В темноте у забора парнишки нас окружили. Алибеков нахально приблизился ко мне, я смотрела поверх его головы. «Чего привязался?» Отвернулась и пошла. Потом крикнула: «Не на такую нарвался!» Мальчишки отстали.
17 октября. Сижу за одной партой с Алибековым. На уроке ботаники он подсунул мне записку от Подкидышева. Читаю: «Зачем ты разболтала?» Вытаращилась на Валерку. Он сидит сбоку, через проход. Написал вторую записку и передал мне через Абдрахмана: «Пойдем домой, расскажу».
После уроков шли по улице в сторону детдома с Гулей и Подкидышевым. Он говорит: «Алибеков велел потолковать. Вы проболтались, что мы вас провожали». Я перебила его: «Были бы вы дельными, мы бы не проболтались».