Беседовать было не о чем. Я не спешила отходить. Подумала и добавила: «Парни не умеют дружить». Он заспорил, распрямился. Немножко подразнила его возражениями и пожелала спокойной ночи.
8 ноября. Найденова показала письмо от Алибекова. Он учится в мореходке. Интересуется мной. Я отмахнулась. Мы пошли с ней в зал на танцы. Заметила, что Кирилл наблюдал за мной, но не подходил. Зато вечером он уже совсем освоился с нашими детдомовскими девочками, бегал за нами по коридору, догонял меня. Притащил откуда-то каравай хлеба и совал всем в рот. «Я тоже хочу!» — крикнула я и откусила немножко. Он непосредственный, веселый мальчишка. Нравится невероятно!
11 ноября. Я стирала надписи с доски тряпкой перед уроком химии, вдруг в класс входит Илья Борисович. Растерялась до крайности, шмыгнула к своей парте. Щеки у меня горели. Он сделал вид, что не узнал меня.
Скучно на уроке.
15 ноября. Пятница. На улице столкнулась с Кириллом. Улыбка мелькнула на ярких губах; приветливый, румяный, разинул рот, полыхнул зубами, будто хотел восторженно закричать, но произнес тихо:
«Остановись».
Замялся. Шел рядом в общежитие. Поднялись по лестнице наверх, и я удалилась в сторону своей спальни. Он догнал. Вошли в комнату. «Ну, признайся же, что хочешь дружить со мной. Ну, скорее, Кирюшенька». Глядела на него с ожиданием, будто вымаливала у него это предложение. И сразу бы ответила: «Согласна!» Услышала другое:
«Лешка предлагает тебе дружбу».
«Который это Лешка?»
«Ну… мой друг». Кирилл смутился. Думала: хочет со мной дружить, а дружбу от имени Пахотина придумал для проверки меня.
«Лешка ждет ответа», — настаивал Кирилл.
«Ты же знаешь, я дружу», — обиделась я.
«С кем?» Лицо его изменилось, стал кусать себе нижнюю губу.
«С Валериком Подкидышевым».
В спальне никого не было. Я достала из тумбочки конверт, в котором фотография Валеры, показала ее Кириллу.
«В нашей комнате замечательные девушки. Пусть твой Лешка выберет кого-нибудь».
Кирилл вернул мне фотку, потоптался еще минутку и выскочил из спальни.
16 ноября. Занятия в училище днем по четыре-пять уроков, в вечерней школе — вечером, тоже по четыре-пять уроков. В училище обществоведение, в школе тоже. Ребята нашего училища занимаются в разных школах. Многие пропускают уроки, а кое-кто не хочет учиться. Я ни за что не брошу. Мне поручено побеседовать с некоторыми из девушек.
На уроке обществоведения будем конспектировать работы В. И. Ленина «Великий почин» и «Задачи союзов молодежи». Уже было задание написать сочинение «Твое мнение о работе комсомольской организации». Написала критический отзыв. Учительница его отдала в стенгазету. Мое сочинение помещено под заголовком «Голос читателя».
17 ноября. Было комсомольское собрание группы. Зачитали мое сочинение. Меня избрали комсоргом группы. Член комитета ВЛКСМ училища Половников Саша сказал, что на общем собрании меня изберут в комитет. Симпатичный парень. Старше других. У него десятилетнее образование.
21 ноября. Ехали с Аней из школы одну остановку на автобусе. Какой-то парень снял с головы шапку, голова у него лысоватая, одна волосина длинная-длинная тянется на лоб. Аня шепчет мне: «Давай эту волосину выдернем!» — «Да ты что! Он нас побьет!» Парень подозрительно покосился, будто расслышал, о чем мы шушукаемся. На остановке, где нам выходить, Аня постояла возле парня. Вдруг как ущипнет волосинку и с визгом побежала из вагона. Пассажиры ничего не поняли, а мы с ней во весь дух побежали к общежитию. Пришлось Аню отчитать. Красивая, много себе позволяет.
22 ноября. В зале столовой несу поднос с едой. Меня окликает Кирилл. Надвинулся раскованной походкой.
«Не поможешь мне подружиться с Любой Найденовой?»
«Пожалуйста», — притворно улыбнулась, хотя почувствовала, что в груди у меня что-то оборвалось, заболело.
«Не подружишь с нею, я тебя подвешу», — шутливо пригрозил мне.
Поставила свой поднос. Люба за столом, в красной кофточке, разговаривает о чем-то с девочками.
«Будешь радоваться?» — спрашиваю ее.
«Чему?»
«Пляши! Киря хочет с тобой дружить!»
Она промолчала. Потом торопливо стала поправлять волосы, вся напряглась.
«Он хочет дружить со мной?» — не поверила она.
«Дурочка, радуйся!»
Мы отыскали Кирилла глазами. Он стоял через четыре стола от нас, наблюдал за нами. Мы улыбнулись ему. Он не догадывается, что я отрываю его от себя и отдаю Любе.