Лешка находится в больнице. Приняли решение: исключить Мишку Балдина из комсомола. Над ним будет суд.
8 марта. Было еще совсем рано. Меня вызвали из комнаты. Быстрехонько оделась, сбежала вниз. В старом детдомовском пальто, в валенках возле бабушки-вахтера — Валерик…
«Ну, вот и она!» — засмеялась старушка.
Мы отошли к окну, не хотелось долго разговаривать с Валериком: боялась, что нас увидят и о встрече расскажут Кириллу.
«Я могу извиниться перед Филиным».
Лицо у Валерки было сосредоточенным и угрюмым.
«Ни к чему это. Тебе здесь оставаться небезопасно». — «Ты ведь ему не жена». — «Может, стану женой». — «Не допущу», — сказал он.
В убитом состоянии Валерик ушел.
10 марта. В клубе были танцы. Я танцевала с Ниной, а потом меня пригласил Кирилл. В перерыве меня нашла Гуля и предупредила, что в коридоре ждет Валерик Подкидышев. Было много молодежи, я пробиралась через толпу, думала, что Кирилл не видит, куда я ухожу. Но его кто-то предупредил о приходе Валерика. Когда я нашла Подкидышева, то он уже был окружен ребятами, перед ним стоял Кирилл.
«Уходи!» — крикнул Филин.
«Я не к тебе пришел».
Они поссорились, и я пыталась встать между ними. «Пусть уходит!» — настаивал Кирилл. А Валерик хотел поговорить со мной. Кирилл все-таки ударил его. Тут подоспели наши детдомовские девочки Гуля и Аня Царьградская, увели Валерика. Я убеждала всех ребят, чтобы разошлись. Настроение испорчено. Ушла к себе в комнату. Несколько минут спустя постучался в дверь Кирилл. Не выходя, сказала, что мне нездоровится, ложусь спать. Опять был выпивши.
13 марта. Завтра Кирилл должен уехать на практику в Ялуторовск. С ним что-то случилось, не могу понять.
15 марта. Ужасное горе! Вся группа № 2 уехала в командировку, а Кирилл в больнице. Он ранен. Это случилось 13 марта. Я с девочками была в цехе, вдруг прибегает Нина Бабина и шепчет мне, что Кирилла Филина убили… Я набрасывала раствор на дранку, покосилась на Нину, как на умалишенную, не поверила. Она кусала губы, стояла и не шевелилась. Тогда я крикнула «убили!» и хотела мчаться из цеха, но у дверей задержалась, не зная куда бежать. Тут в цех вошла Царьградская и, подозвав к себе девочек, стала рассказывать подробности дуэли Кирилла с Валериком. Я побежала в училище. В комнате Мишки Балдина мне парни сказали, что Мишка арестован. На мой вопрос: «Где же Кирилл?» — они засмеялись: «В больнице».
«Почему смеетесь?» — «У него ранена нога». — «Что в этом смешного?» — «Сам виноват».
В медпункте врач Нина Семеновна меня успокоила: Кирилл ранен неопасно в мышцу голени правой ноги. Я поохала в больницу. В палату меня не пустили.
16 марта. Все училище обсуждает дуэль Подкидышева и Филина. В комнате у нас была Раиса Петровна.
Драка произошла на берегу реки Туры, у строящегося моста. Подкидышев раздобыл охотничье ружье. Стрелялись на расстоянии пятидесяти шагов, в присутствии Балдина и Половникова. Кирилл вскинул ружье первым, но промазал. А Валерик кричал: «Извинись! Или застрелю!» Кирилл бросился бежать. Подкидышев прицелился и выстрелил вдогонку; пуля задела ногу Кирилла.
Я во всем виновата. Почему это случилось? Если бы я проводила Валерика, если бы вышла побеседовать с Филиным, ничего бы не произошло… Я была очень пассивной. Что теперь будет…
Балдин, видя, что Филин ранен, испугался и удрал с поля. Половников вместе с Кириллом пришли в общежитие, где обратились в медпункт. Балдин арестован. Подкидышева милиционеры поймали в поселке, когда он нес оружие в дом охотника.
19 марта. Что мне делать? Нина Бабина утешает меня. Никому не позволяет расспрашивать о чем-либо. Гуля сказала, что в Тюмень приезжал Софрон Петрович, был у следователя. Мастерских С. Ф. очень переживает за Балдина и за Подкидышева. Бедный, бедный Софрон Петрович, что ты думаешь обо мне…