Мы со Станом подходим к Саву, только тогда он замечает нас и отрывается от обсуждения какого-то фильма с другими людьми. Он представляет нас людям, улыбающимся нам и сообщающим, что они уже знают о нас и поздравляют с грядущим событием. Никого, кажется, не удивляет то, что я без тёплой куртки или же шапки, как остальные. Напротив, пока мы идём к кафе, видимо, единственному на весь город, потому что в нём очень много людей, все с нами здороваются и останавливают нас, чтобы переброситься с нами парой слов.
— Боже, как классно здесь пахнет, — шепчу я и оставляю свою компанию, чтобы первой занять столик у окна. Я довольно плюхаюсь на кожаный диванчик и улыбаюсь.
— Вы сегодня в хорошем настроении, Ваше Высочество, — замечает Сав, снимая верхнюю одежду.
— Да, я выспалась и хочу есть. Хочу всё из меню и по чуть-чуть. Можно? — спрашивая, с надеждой смотрю на Стана, и он улыбается мне.
— Конечно. Я сейчас закажу и вернусь. Сав, что ты будешь?
— Только кофе.
Сав садится напротив меня, пока я изучаю небольшое и шумное кафе.
— Вы словно заинтересованы жизнью, — замечает Сав.
— Я просто выспалась, поела, и меня не тошнит. А также здесь милые люди, — пожав плечами, отвечаю я.
— Да, люди здесь прекрасные, отзывчивые, добрые и помогут в любой ситуации. Здесь все друг друга знают.
— А как вам удалось обмануть их? Вы же всё равно отчасти из наших, — интересуюсь я.
— Я просто говорю им, что следую зову своей души, поэтому моё взросление не так очевидно, как у них.
— Они очень доверчивы или глупы.
— Они люди и реагируют только на раздражители и злость. Я же не злой и нераздражительный, тем более моя жена местная. Они нас знают, но скоро, после смерти Майди, мне придётся снова затаиться.
— Вы готовы к этому? Готовы к её смерти?
— Нет. Не готов. И никогда не буду готов. К смерти любимых невозможно подготовиться. Разумом ты понимаешь, что это неизбежно, а вот сердце говорит совсем о другом и реагирует абсолютно иначе. Поэтому для себя я выбрал не думать о конце, а жить сейчас.
— Это работает только на людях, — хмыкаю я. — Мы же другие.
— Нет, вы хотите считать себя другими, но на самом деле…
— Сав!
Мужчина замолкает, когда его кто-то окликает. На лице Сава появляется дружеская улыбка, и он встаёт.
— Соломон, рад тебя видеть, — Сав протягивает руку мужчине, и я вскидываю голову, чтобы увидеть его. Это Соломон Ман, тот самый, кому Стан стёр память, и который должен был меня лечить. Ничего особенного в его лице я не вижу. Обычный мужчина тридцати лет со смуглой кожей.
— Я тоже. Удивлён встретить тебя здесь в час пик, — смеётся Соломон и переводит взгляд на меня.
Я натягиваю улыбку.
— Да, я с друзьями. Это Флорина.
— Я уже слышал о вас, мисс Флорина. Рад встрече, — Соломон протягивает руку, и мне приходится встать, чтобы пожать её.
— Я тоже слышала о вас, и мне тоже приятно с вами познакомиться. Как ваша мама? Сав рассказал, что она заболела, и вам пришлось уехать.
— Уже лучше. Простуда. Но она отказывалась от лечения, считая, что все эти таблетки лишь убивают её организм. Пришлось настоять на их приёме, — легко делится он.
— Отец в порядке? — спрашивает Сав.
— Да, как обычно, недоволен тем, что я ещё не женат, — смеётся Соломон. — Бурчит о внуках.
— Родителям это важно. Значит, ты уже принимаешь пациентов?
— Да, конечно. Я полностью вернулся к работе и по вечерам свободен. Выпьем как-нибудь?
— С удовольствием. Я заказал несколько книг из Швеции, которые ты мне советовал. Я не мог оторваться, прочитал всё.
— Я же говорил, что они безумно увлекательны. Обсудим сегодня? Около восьми?
— Мне подходит. Майди будет рада видеть тебя у нас.
— Тогда договорились. Я… чёрт, вот так всегда. Как встречаю тебя, так забываю о том, зачем шёл, — смеётся Соломон и отходит в сторону.
Клянусь, что в эту секунду, когда мужчина напротив меня поднимает голову, моя кровь вскипает и обжигает изнутри. Чёрт.
— Томáс, — Сав улыбается пастору и пожимает ему руку. Но удивлённый и в то же время спокойный взгляд Томáса направлен на меня.
— Это Флорина, моя новая знакомая. Я решил показать им город, — говорит Сав.
— Да, мы уже знакомы. Как вы себя чувствуете, мисс Флорина? — интересуется Томáс.
— Лучше. Захотелось снова поесть, — улыбаюсь я. — Хочу всё попробовать. И спасибо, что сохранили мою тайну.
Я подмигиваю ему, и он кивает.
— Выглядите лучше, — произносит Томáс, оттесняя Соломона в сторону.
— Спасибо, а вы, оказывается, не только рясу носите. Вам идёт синий, — я красноречиво оглядываю его свитер и голубые джинсы.
— А вам, должно быть, холодно в одной толстовке.