Отклоняюсь немного назад, чтобы увидеть, как его тёмные, чёрные глаза, вспыхивают от удовольствия. Ему нравится моя правда. Я же говорила, что чистых людей не существует. А служители церкви всегда самые порочные и извращённые существа. Но Томáс… он два в одном, похож на меня и в то же время лучше меня.
— Ты искусна в дьявольских речах, Флорина. Не удивлюсь, что дьявол — женщина, — усмехается Томáс.
— Когда проверю, расскажу тебе, — отвечаю, забираясь в машину, но Томáс не спешит закрыть дверь. Он опирается ладонью о крышу машины, и аромат его крови заполняет салон моей машины. Это пытка. Это просто чёртово испытание. Хотя я не обращаюсь и больше никаких позывов, чтобы обратиться у меня нет, но я хочу его кровь. И это невозможно.
— Не торопись отправляться туда, откуда нет пути назад, Флорина. Вероятно, твоё время ещё очень долго не придёт.
Я смеюсь и качаю головой.
— Скажи это моим анализам, пастор. Благослови их, одари своей верой, и посмотрим, кто окажется прав.
— Дело не в анализах, Флорина, а в тебе. Ты умна, образована и дьявольски соблазнительна. Но это проявляется так редко, что можно принять лишь за моё помутнение рассудка из-за холода или чего-то ещё. Ты сама не даёшь себе жить. Ты судья сама себе и уже отрубила свою голову. Не рано ли ты сдалась, Флорина? Ведь в этом мире есть ещё то, за что ты можешь побороться, — с этими словами он закрывает дверь, и это туше. Если бы он знал правду. Но он назвал меня красоткой. Это мило.
Хватит уже повторять чёртово «мило». Это игра. И это довольно опасная игра, которую я не смогу продолжить. Я умираю.
Разозлившись на свои глупые мысли, давлю на педаль газа, и колёса несколько раз прокручиваются, прежде чем машина срывается с места, и я уезжаю. К чёрту. Больше никаких посещений церкви. Буду смиренно ожидать своего конца.
Глава 13
Я возвращаюсь домой, где меня уже ожидают Сав и Стан. Оказывается, я забыла о нашем сеансе психотерапии. Но мои мысли ещё там, в тесном пространстве рядом с Томáсом. Его аромат крови изводит меня. Я словно тигрица на беговой дорожке, перед которой подвесили кусок хорошего мяса. И я бегу за ним, бегу, падаю и снова бегу, но никогда не получу, ведь это просто чёртов эксперимент надо мной. Когда я узнаю об этом, буду злиться, крушить всё, а потом привыкну к тому, что мне никогда не достичь желаемого. Вот кто для меня Томáс. Всего лишь кусок хорошего мяса. Не человек, не живое существо, не личность. Это зов моей крови, она пытается не дать мне умереть, но моё тело уже готово к смерти. Так что все эти эмоции просто глупости из прошлого, и только.
И всё же. Я знаю, что все эти женщины ходят в церковь ради внимания Томáса или хотя бы ради фантазий о нём, о сексе с ним и о разврате. Это такие примитивные желания. Они есть у всех. Каждый втайне даже от себя мечтает о том, чтобы их довели до оргазма там, где нельзя. А я занималась сексом везде, даже в церкви. И да, у меня были любовники пасторы, священнослужители и другие личности, легко нарушающие правила.
Тяжело вздохнув, я поднимаю голову и смотрю на мужчин, пристально наблюдающих за мной.
— Простите, я задумалась. Так какой был вопрос? — переспрашиваю и сажусь ровнее, подключённая опять датчиками к аппарату.
— Мы говорили про то, что доставляет вам радость, — напоминает Сав.
— Ничего. Сейчас уже ничего.
— И всё же. Может быть, что-то ещё осталось такое, что могло бы вызвать смех или улыбку, искреннюю радость?
Я сразу же вспоминаю аромат крови Томáса, его улыбку и определённо флирт. Странный флирт, которому он поддался.
— Нет, ничего, — отрицательно мотаю головой.
— Что ж, хорошо. А как насчёт питания? Стан сообщил, что вы пытались выпить кровь.
— Верно. Не получилось.
— А если бы у вас была возможность укусить или получить любую кровь. Любую во всём мире. Кто бы это был? Не думайте, просто отвечайте.
Томáс.
— Никто. Я хочу только человеческую пищу. К примеру, кусок мяса. Стейк или пасту. Да, сегодня хочу стейк. Здесь можно найти хороший кусок мяса?
— Можно, я поделюсь с вами, мы всегда закупаем домой свежее мясо и храним его в большом холодильнике.
— Я привезу его, — обещает Стан.
Прищуриваюсь, глядя на эту компанию.
— Так, вы что-то задумали, — произношу я.
— Да, Русó, мы задумали спасти тебя. А теперь давай дальше, — цокает Стан.
— Ладно. Я уже хочу спать, — прикрываю рот ладонью, сладко зевая.