Но не всегда, а чаще и вовсе редко, автор не может достучаться до читателя или слушателя. Не достигает эмоциональной глубины и обоюдной синергии. И, казалось бы, тема сильная, переживательная. Присутствует проработка диалогов, технической части, идейной темы, орфографии, синтаксиса, и даже присутствуют множественные "лайки" от верных друзей. Но... Произведение не способно пройти проверку временем и критику строгого жюри.- Егор прибавил звук и вышел на кухню. Тема была ему интересна.
- Но почему? Почему, казалось бы у успешного автора, не получается самое важное - "не рамочное" признание? – Продолжал ровную беседу автор бестселлера.
- И вот мои мысли на этот счет. Эмоция - главное в истории. Они способны зажечь читателя, слушателя. Заставят углубиться в материю, на которой выстроена рельефная карта рассказа/повести/романа. На этой карте должны быть океаны со своими штормами и опасными рифами, пустыня с пылевыми бурями и оазисами, горные хребты с перевалами и смертельными пиками. А еще ручьи, с ледяными водами, способными утолить жажду рожденную летним зноем. Эта карта обещает приключения, узнавание, новые знакомства, преодоление, характеры и предложение, и обещания нового, никем еще неизведанного. Не изученного! Читатель/слушатель должен ощущать себя первопроходцем, этаким Туром Хейердалом с его "Путешествием на Кон-Тики". На другой стороне , противоположной от автора, должно быть так же, как и самим героям - страшно, интересно, любопытно. Наглядно. Должно быть так, словно это происходит здесь и сейчас, с самим читателем.
- И только так, с уважением к своей аудитории, возможно, создать историю, в которой прочтут хотя бы заголовок….
В дверь постучали, от неожиданности он вздрогнул, по крови потек, обжигая огнем, адреналин. Зашел в зал, выключил звук, подошел к двери, заглянул в глазок. За дверью стоял полицейский и внимательно смотрел ему в ответ, словно видел его подошедшего, ощущал его невидимым взгляд.
- Кто? – Для порядка спросил он в дверь.
- Старший лейтенант полиций Петров. Мне нужно задать Вам пару вопросов. - Петров достал красное удостоверение, продемонстрировал ему.
- Хорошо, сейчас. – Ответил Егор. А про себя подумал – какие вопросы он собрался задавать, когда ему стоило бы опросить моих соседей? Крутанул ручкой задвижки, высвобождая стальные стержни, опустил хром ручки вниз, толкнул дверь.
Участковый был невысок ростом, тщательно выбрит и так же, тщательно отглажен. Было видно, что внешнему виду он уделяет достаточно времени. Он посмотрел на Егора снизу вверх не испытывая при этом неудобства, произнес, вновь демонстрируя удостоверение:
- Старший лейтенант полиции, Петров. Представьтесь, пожалуйста. – Егор выполнил требование. – Я по Вашему обращению. Уточните, что конкретно Вас беспокоит. – Егор объяснил. – Хорошо, распишитесь вот тут и здесь. – Полицейский протянул бланк и ручку. – Ожидайте. – И он ушел наверх, на пятый этаж. Постучал в дверь, потом в другую. Третью. Постоял, потоптался. Попробовал еще раз. Ответа не было. Спустился вниз, к Егору. – Соседей Ваших я не застал, вот мой номер телефона, как услышите что-то подозрительное, сразу звоните, буду реагировать. – И он развернулся, пошел вниз. А потом там, глубоко под маршами и пролетами, хлопнула стальная дверь, выпуская человека.
Егор закрыл свою дверь. Он с самого начала понимал, что полиция вряд ли что-то сможет сделать в таком неоднозначном случае. Не рассчитывал на результат. Знал, что будет дальше. Так всегда было с соседями – еще ни разу не удавалась договориться посредством представителя власти, но всегда договаривались «по-соседски». Чаще мордобитием.
Прошел в зал, взял пульт, хотел включить звук, слушать дальше то, что в праздности и безделии, рождал интеллект людей, выплескиваемый на миллионы других. Заливая их сознание, подключая к единству мнений. Подключая к лености сознания. Но расслышал.
Словно заскреблись где-то рядом. Но нет. Не совсем скреблись. Звук распадался на короткие и длинные части. И он узнал в них слова. Слова! Кто-то шептал. И был рядом. Егор вышел из зала в поисках источника звука, прошел в ванную комнату, оттуда на кухню, выглянул в подъезд. Звук не смещался, не приближался и не удалялся, был всегда с ним.
- Схожу с ума? – Задал он себе вопрос. – Но что стало причиной? Неужели ночное происшествие? – Зазвонил телефон, он поднял трубку.