За кухней они обнаружили на удивление большое число подсобных помещений – кладовок, посудомоечных и так далее, а в конце коридора – обитую сукном дверь. Они остановились.
– Вверх и вниз. – Люк улыбнулся, проводя рукой по зеленой обивке двери. – Ты готова подняться наверх?
Джосс кивнула. Она заметно дрожала. Люк толкнул дверь, и они заглянули в длинный коридор. Там тоже было темновато, но темнота разрезалась резкими солнечными полосами. Они обнаружили, что шагают по дубовому паркету, который когда-то был хорошо натерт. Вместо экзотических ковров пол покрывали сухие листья, которые ветер занес сквозь щель под входной дверью.
Справа от входной двери они обнаружили столовую. Там стоял длинный стол, а вокруг него – Люк с благоговением пересчитал вслух – двенадцать стульев. Слева находилась высокая дверь, явно более старая, чем те, что встречались им до сих пор. Она была в готическом стиле, напоминала церковную и вела в громадную комнату с высоким потолком. Раскрыв рты от изумления, они смотрели на потолочные балки и балкон для музыкантов за резными арками.
– Бог ты мой! – Джосс сделала несколько шагов вперед. – Как будто время вернулось вспять. – Она оглянулась и вздрогнула. – Ох, Люк.
В этой комнате мебели было очень мало. Два тяжелых комода стояли вдоль стен, а в центре – небольшой стол. В камине до сих пор лежали остатки недогоревших дров.
В дальнем углу комнаты они увидели арку, завешенную пыльной шторой, ведущую в еще один коридор и к широкой лестнице наверх, исчезающей в темноте. Они попытались разглядеть что-нибудь наверху.
– Мне кажется, надо открыть хотя бы часть ставен, – тихо предложил Люк. – Этому дому явно не помешает немного солнечного света. – Он чувствовал себя слегка не в своей тарелке. Взглянул на Джосс. Ее лицо в полутьме казалось белым и несчастным. – Пошли, Джосс, впустим в дом немного солнца.
Он подошел к окну и некоторое время возился с запорами, удерживающими ставни. Наконец ему удалось с ними справиться, и он распахнул ставни. Солнечный свет упал на пыльный пол.
– Так лучше? – Вряд ли. Джосс была бледной, как полотно.
Она кивнула.
– Я просто дар речи потеряла.
– Я тоже. – Он огляделся. – Здесь не хватает только парочки рыцарей в доспехах. Знаешь, мы могли бы устроить тут гостиницу! Туристы валом бы повалили, а мы бы разбогатели! – Он прошел к еще одной двери и распахнул ее. – Библиотека! – воскликнул он. – Ты только взгляни! Тут даже для тебя книг хватит. – Он исчез из виду, и до нее доносился лишь звон ударов железа по дереву – Люк открывал очередные ставни.
Она не сразу пошла за ним. Медленно поворачиваясь, оглядывала пустую комнату. Тишина в доме начинала давить на нее. Как будто она прислушивалась, наблюдала, затаив дыхание.
– Джосс, иди и посмотри! – Люк стоял в дверях. Он сиял. – Что-то потрясающее.
Джосс встряхнулась. Все еще дрожа, прошла за ним в комнату и сразу же почувствовала себя лучше.
– Люк!
Как он верно сказал, это было что-то потрясающее. Небольшая, светлая комната, наполненная осенним солнечным светом, выходящая окнами на лужайку и маленькое озеро вдалеке. Стены до потолка заставлены полками с книгами, за исключением того места, где расположился старый письменный стол с крышкой. Перед ним стоял древний стул с кожаным сиденьем. Вокруг камина – три уютных кресла, маленький столик, подставка для газет, наполненная доверху, и корзинка для шитья, где все еще лежали шелковые нитки и иголки, свидетели последних дней пребывания в этом доме Лауры Данкан.
Джосс оглядывалась вокруг, чувствуя комок в горле.
– Как будто она только что встала и вышла. Она даже не взяла свое шитье. – Джосс провела рукой по содержимому корзинки. В глазах стояли слезы.
– Будет тебе. – Люк обнял ее за плечи. – Она все продумала. Ей не нужно было шитье, вот и все. Она собиралась жить во Франции без забот. Готов побиться об заклад, на ее месте ты бы тоже не взяла с собой иголки. – Он сжал ее плечи. – Стол заперт. Там есть ключ?
Ключа не было. Они перепробовали все, потом бросили эту затею и продолжили осматривать дом. На первом этаже они обнаружили еще только одну комнату, окна которой выходили на подъездную дорожку. Скрипучие ставни поддались с трудом, и они увидели свою машину, уже засыпанную листьями каштана, росшего у края лужайки. На травке троица зайцев беззаботно щипала траву в трех футах от колес машины.
У основания лестницы Джосс помедлила. Дубовые ступени и резные перила скрывались в темноте. Хотя Джосс и чувствовала за спиной Люка, она на мгновение заколебалась, положив руку на резную стойку перил.