Приподнявшись на локте, Джосс почувствовала, как на ее лице выступают капли пота. Волосы слиплись: надо вымыть голову. Больше, чем когда-либо, ей захотелось принять прохладную ванну, в которой можно сонно поваляться при закрытой двери вдали от душной влажной жары.
Перекинув ноги через край кровати, она выбралась из постели, сразу поняв, что голова все еще кружится, а все тело болит от переутомления. Она босиком прошлепала по прохладным доскам пола к ванной, заткнув слив, открыла оба крана, чтобы вода была умеренно прохладной, и добавила немного ароматного масла. Потом Джосс посмотрела в зеркало. На нее взглянуло бледное, обмякшее и даже ей самой показавшееся изможденным лицо. Вокруг глаз темнели синие круги, тело же, когда она сняла одежду, оказалось и вовсе безобразным – живот выпирает, груди огромные, перевитые синими венами. В какой-то момент ей захотелось набросить на зеркало полотенце. Эта мысль заставила Джосс улыбнуться; она наклонилась, закрыла краны и боязливо шагнула в прохладную воду.
В ванне было очень удобно по сравнению с постелью. Огромная и старомодная, она стояла на украшенных узором железных ножках, и Джосс, каждый раз залезая в нее, улыбалась, думая о том, что такие вещи сейчас очень высоко ценятся, как доступный лишь немногим антиквариат. Прохладная, удобная ванна казалась воплощением солидности и надежности. Джосс легла на спину, подвинулась ниже, чтобы вода покрыла груди, положила голову на край и закрыла глаза.
Джосс не знала, сколько проспала. Проснулась она от собственной дрожи. Было очень холодно. Застонав, она села и тяжело выбралась из ванны. Часы она оставила на полке над раковиной. Схватив их, она посмотрела на циферблат. Почти четыре. Скоро все вернутся с прогулки, и надо будет кормить Нэда. Сняв хлопковый халат с крючка на двери, Джосс накинула его и направилась в спальню. Там все было по-прежнему – жарко и душно. Раздвинув занавески, она выглянула в сад. Никого.
Джосс взяла с туалетного столика щетку и принялась энергично расчесывать волосы, чувствуя, как с каждым движением из лба и затылка уходят усталость и напряжение. Бросив щетку на место, она открыла ящик комода, чтобы достать оттуда свежую смену белья, посмотрела в зеркало и в этот момент у нее перехватило дыхание. Какую-то долю секунды она не могла узнать лицо, взглянувшее на нее из зеркала. Мозг отказывался понимать, кто это. Джосс видела глаза, нос, рот – как черные провалы в восковой маске – но в этот момент адреналин обострил ее чувства, картина немного сместилась, стала яснее, и Джосс вдруг поняла, что разглядывает пугающую копию самой себя: глаза, огромные, кожа, дряблая, волосы, растрепанные, распахнутый халат обнажил тяжелые груди, к горячей влажной коже которых, как показалось Джосс на какой-то момент, прикоснулась чья-то ледяная рука.
– Нет! – Она отчаянно затрясла головой. – Нет!
Одеваться. Быстро. Быстро. Лифчик. Рубашка. Трусики. Джинсы. Защита. Доспехи. Прочь. Надо быстрее бежать прочь отсюда.
В кухне было пусто. Открыв дверь черного хода, она выглянула во двор.
– Люк!
«Бентли» выкатили из гаража, и машина стояла во дворе, странно ослепшая без двух огромных фар, которые все еще лежали на – верстаке в гараже.
– Люк! – Она пробежала по вымощенной камнями дорожке и заглянула в гараж. – Люк, где ты?
– Он ушел погулять вместе со всеми, миссис Грант. – Из тени гаража внезапно вынырнул Джимбо. – Решил, наверное, поговорить с ма и па, а то они все время то там, то здесь.
– Конечно, конечно. – Джосс с трудом выдавила из себя улыбку. – Мне надо было сразу это сообразить.
Вдруг она поняла, что Джимбо смотрит на нее очень тяжелым взглядом. Лицо молодого человека при первой встрече очаровало Джосс. Смуглое, продолговатое, узкое, со странными сонными, немного раскосыми глазами, щеки и надбровья по-славянски плоские, придававшие лицу какую-то загадочную драматичность. Видя Джимбо, Джосс всякий раз представляла его едущим верхом на пони в красном платке на голове и с ружьем в руке. Она даже испытала что-то похожее на разочарование, когда на вопрос, умеет ли он ездить верхом, парень – ответил недвусмысленным нет.
– Вы хорошо себя чувствуете, миссис Грант? – Мягкий местный акцент не гармонировал с суровыми чертами лица. Впрочем, глаза тоже не соответствовали, вынуждена была мысленно признать Джосс. Глаза у Джимбо были странно всевидящими.
– Да, спасибо. – Она повернулась, собираясь уйти.
– Вы выглядите усталой, миссис Грант.
– Я действительно устала. – Она остановилась.
– Мальчики не дают вам спать, да? Я слышал их, когда был у вас вместе с матерью. Я тогда еще был мальчишкой. Мать говорила, что они всегда приходят, когда в доме народ.