Пряча улыбку, за кружкой с вкуснейшим напитком, поспешила выпить ее содержимое и выбежала на улицу. Солнечный свет ослепил меня на несколько мгновений, а когда черные пятнышки разбежались, я удержала свой взгляд на доме напротив. Он единственный отличался от «пластмассовых» домиков в округе. Величественный особняк откидывал тень на наш газон. Казалось этот дом такой же холодный и отчужденный, как и его хозяин. Каждую ночь, свет горел только в одной комнате. Не понимаю, как можно жить в такой громадине со всем одному, я бы уже рехнулась. Скрипы или сильный ветер по ночам, или хотя бы небольшие проблемы с проводкой, сопровождающейся мигающим светом, и меня сразу же посетили бы шальные мысли о потусторонних явлениях. Здравствуй шизофрения и прощай здравый рассудок. Кому-то надо прекращать читать мистику на ночь.
Передёрнув плечами, направилась в сторону нашей машины, не сразу заметив с кем, так мило беседует отец. Мужчина резко повернулся, как будто почувствовав меня затылком. Впившись в меня своим тяжелым взглядом, Алистер просканировал меня с ног до головы. Меня настигло чувство, как-будто я букашка, а он рассматривает меня под микроскопом, выворачивая все внутренности. Мысленно поежилась от этого ощущения. Заглянув в две черные бездны, не смогла рассмотреть ни одной эмоции. Моргнув, обладатель самых черных глаз, отгородился от меня стенной безразличия.
-Доброе утро – мой голос был тише, чем обычно.
-Действительно, доброе – ответил Алистер. Уголок его губ слегка приподнялся, в подобие улыбки, и мне сразу стало интересно, как часто этот мужчина улыбается? Это разовая акция, лично для меня или я пытаюсь увидеть смысл там, где его нет? Опять мои мысли упрыгали очень далеко, в волшебные дали, в миры, где лев влюбляется в овцу. Одернула себя, запрещая даже в своих слишком смелых фантазиях думать о нем в таком ключе. Бросив быстрый взгляд на мужчину, попыталась найти в нем изъяны. Должно быть, то, что оттолкнет меня, например грязные туфли или вульгарный засос на шее. Но, конечно же, Алистер выглядел безупречно. Как самый опасный хищник в мире, все, что есть в нем, привлекает женщин: его голос, его лицо, даже его запах, идеальный герой любого литературного романа. О чем они говорили с отцом, наверное, он хочет получить деньги за химчистку салона, которую Сэми просто превратил в небольшое ароматное болотце.
-Ладно, Вуд, мы слегка спешим, теперь моя дочурка будет работать со мной в сервисе, - отец проговорил это веселым голосом, как будто они уже знали друг друга давно.
-И чем же она будет там заниматься? – в голосе Алистера звучало удивление. Он считает, что я со всем не на что не способна? Тише, дави свои комплексы. Из-за низкой самооценки, обычный вопрос, чтобы подержать беседу между соседями, казался мне насмешкой.
-Администратором, не перебирать же со мной моторы – прыснул отец.
Алистер, опять вцепился в меня взглядом, словно хотел знать, как я отношусь к данной идее.
-Да пора вливаться в семейный бизнес – более смело, проговорила я. Наверное, это первая фраза, которую сказала при нем достаточно громко, чтобы не приходилось прислушиваться.
-Ты придешь на праздник дня основания города? Он в эту субботу, - как-бы между прочем, спросил он, незаметно для меня переходя на «ты».
-Да, конечно, мы будем там. Теперь наша небольшая семья, часть этого города, - отец успел ответить за нас обоих, и мне это жуть, как не понравилось. Не подав виду, что когда мы сядем в машину, будет разбор полетов, я попыталась выдавить дружескую улыбку и попращалась, запрыгивая в автомобиль. Мужчины пожали друг другу руки и вот уже фигура Алистера скрывается в шикарном Jaguar XE 2020 года.
Всю дорогу до сервиса, темой спора было «За что ты так со мной? И почему опять я?»
-Милая, я не могу пойти на это мероприятие без тебя, - папа устал от словесной перепалки, и начал идти другим путем. Пока переговоры стояли на мертвой точке.
-Старик, решил свести свою единственную дочь в могилу раньше себя? Мы же тысячу раз говорили о моей фобии больших столпотворений людей. Для меня это как попасть в огромный серпентарий, - тяжело сглотнула, представляя себя на главной площади города, окруженной кучей народа. Отец кинул на меня жалостливый взгляд, затем резко хитро прищурился.
- А если я дам тебе машину и разрешу поехать в Сиэтл, на вечер поэзии?- он вытащил свой главный козырь.
- И ты выносишь мусор весь следующий месяц, – признала свое поражение.
Папа просиял, так, если бы он сорвал крупный джек-пот.