Лера кивнула.
На общей кухне было удивительно многолюдно для столь позднего часа. Тётя Зоя хозяйничала у плиты.
— Куда это с чемоданом ходила? — спросила старушка, имя которой Лера никак не могла запомнить.
— На прогулку, — ехидно ответила девушка.
— Меня чуть с ног не сшибла, так торопилась, — проворчала та, прихлёбывая чай.
— Тёть Зой, чего это вы так поздно кашеварите? — спросил Никита.
— Так ко мне внучку привезут на две недели. Вот фарш накрутила, с утра пирожки пожарю.
— А блинчики с варёной сгущёнкой будете делать?
— А как же, буду.
— Угостите?
— А то. Только ты, Никитка, поздно встаёшь, гляди, блинчиков не останется, — улыбнулась тётя Зоя.
Никита вопросительно глянул на вторую пожилую соседку. Та в ответ на его взгляд произнесла:
— А я Зое советом помогаю. Не спится что-то, колени разболелись.
Лере было неловко в компании женщин, хотелось уединиться.
— И тебя, Лера, угощу завтра. Тощая ведь, смотреть больно, — сказала тётя Зоя, скользнув быстрым взглядом по девушке.
— Спасибо, — ответила Лера. — А я давайте завтра тортик куплю. Вы какой любите?
— Ой, да мне всё равно. А Дашка у меня «Наполеон» любит.
— Договорились, — произнесла Лера.
К счастью, чайник закипел быстро, и вскоре Никита и Лера шли к комнате с дымящимися кружками в руках.
Никита провёл девушку к себе, приглушил свет, наспех побросал вещи по углам.
— Садись, — указал он на кровать. — Сейчас найдём что посмотреть.
Лера неловко присела на краешек постели. Горячая кружка обжигала пальцы.
— Поставь на тумбочку, — бросил Никита и взял со стола планшет. — Что любишь: комедии, боевики или, может, ужастики?
— Только не ужасы, — сказала Лера, подумав, что страхов ей и так хватает.
Пока Никита искал подходящий фильм, девушка осматривалась. В приглушённом свете комнаты к ней снова вернулась тревога. Высокий торшер создавал мягкий полукруг света на потолке. От углов комнаты расползались тени, теряясь в серых стенах. Картины на стенах сегодня выглядели более зловещими.
— А ты закончил тот холст? — спросила Лера.
— Нет, не люблю торопиться. Да и сегодня я заказом занимался. Вот, смотри, что просили нарисовать, — парень развернул к Лере мольберт. — Типа подарок на юбилей. Не знаю, кому такое нравится.
На холсте размером А3 собаки играли в покер. Искусно выполненный рисунок своеобразно повторял оригинал одноимённой картины. Только респектабельные псы держали в лапах кружки с пенным напитком.
Лера прыснула, представив недоумение именинника.
— Что, не нравится? — саркастично поинтересовался Никита.
— Нет. То есть нравится. Написано красиво. Просто я бы не знала, куда такое повесить.
— Вот и я не знаю, — хохотнул Никита. — Но как говорится, хозяин — барин.
Никита продолжил водить пальцем по планшету. А Лера, сама того не ожидая, вернулась мыслями к рассказанной им днём легенде.
— А всё-таки как думаешь, есть ли хоть доля правды в той легенде? — спросила Лера Никиту.
— Ты о чём? — не понял тот.
— Ну, днём ты рассказал легенду о Субботине и его дочери.
— А-а-а. С чего ты вдруг об этом вспомнила?
— Просто не идёт из головы легенда. А как звали дочь Субботина?
— Не знаю. А что?
— Просто интересно, — пожала плечами Лера.
— Давай погуглим, — предложил Никита и сразу открыл вкладку поисковика.
Лера взяла в руки телефон и тоже принялась искать информацию в интернете. Так прошло какое-то время. Девушка прочла пару коротких статей, пробежала глазами несколько блогов и даже нашла отсканированные листы библиотечной книги «По улицам старой Самары». Дому номер тридцать была посвящена целая глава. В этой советской книге между строк угадывался шлейф легенды, рассказанной Никитой. Лера сосредоточенно водила пальцем по экрану, листая электронные страницы, но нужной информации так и не нашла.
Первым прервал тишину Никита: