Егор пожал плечами.
- Все хорошо. На удаленку перевели. Сидит, через интернет детей учит. И проще, вроде, и как-то непривычно для нее. Психует.
Иван Макарович покивал головой:
- Сраная пандемия. Вот не верю я в нее. Есть тут какой-то подвох.
- Я тоже так думаю.
- А у тебя как?
- Да мне-то что будет? Машины ломаются каждый день. Чиним. Хоть официально, хоть нет. Все равно клиент идет. Поставил управлять паренька смышленого. Сам только оргвопросами занимаюсь. Ну, и контроль. Без него как?
Иван Макарович затушил об асфальт папиросу, бросил окурок в урну.
- Пойдем, Гош, пока девки наши не заныли. Санька-то давно у вас был?
- Дня три назад, всем семейством приезжали. На дачу ездили.
- Как у него? Нормально? А то мы не особо общаемся.
- Да все хорошо. Николаевна еще лютует?
- Лютует… Ладно, пошли. - Иван Макарович открыл скрипучую дверь подъезда.
Ольга Николаевна обзвонила всех своих подружек, знакомых, всех поздравила с праздником, потом сбегала к соседям, угостила выпечкой.
- Оля! Да присядь ты уже! Суета моя!
- Все, все. Я тут. Как голубчики, мальчики?
- Нашла мальчиков, - буркнул Иван Макарович. - Нормальные голубчики. Как всегда. Лучше всех.
Ольга Николаевна довольно кивнула, потом удивленно посмотрела на мужу, который налил три рюмки водки, поставил их перед собой, и одну за одной выпил.
- Ты чего, Вань…
- Нормально все, - он коротко махнул ладонью в сторону жены. - Есть кое-что сказать…
Все притихли. Иван Макарович внимательно посмотрел на дочь, на жену, скользнул взглядом по зятю. Потом положил локти на стол, облокотился грудью.
- Значит так, дети мои, есть у меня к вам вопрос.
Лена с Егором выжидающе смотрели него.
- Я тут подумал и решил. Саньке совсем туго с Настей и двумя ребятишками в съемной квартирке… Да и что это за квартира. Конура однокомнатная… Короче. Я продаю дачу, покупаю нам с матерью двушку, думаю хватит. Не хватит, гараж продам. А эту квартиру отдаю Саньке. Пусть внуки растут в большой трехкомнатной квартире. Вопрос такой, есть у вас какие возражения?
У Ольги Николаевны медленно округлились глаза. Рна хотела что-то сказать, но не смогла, лишь открывала рот, как рыба. Лена отрицательно закрутила головой:
- Нет, пап, никаких возражений. Я даже рада. Да и я тут при чем? У меня все есть, и квартира, и дача, все есть… А Саньке надо. Вот прям по горло. Да, Егор?
- Да я вообще только за, - проговорил Егор, и кивнул.
У Ольги Николаевны прорезался голос:
- Он решил! Ишь ты, генерал какой! Решил он! А меня кто спросил?!
- Цыц мать! - Рявкнул Иван Макарович. - Не устраивай балаган. Я решил, и точка.
- Да вы посмотрите на него! А вы чего? Лена! Ты-то что под его дудку поешь? Не видишь, чокнулся старый!
- Мама, он говорит правильно…
- Да ты что, доча!Он уже одну квартиру пропил! Или проиграл, черт его знает. Ты всю жизнь училась, работала, ночами не спала, чтобы человеком стать,а этот! В милицию пошел! Тоже мне работа! Ходит, людей обирает, знаю я эту милицию!..
- Полицию, - поправил Иван Макарович. - Сечас, Оленька, у нас полиция.
- Да хоть жандармерия! Все равно!
- Мать, успокойся. - Недобрым тоном посоветовал Иван Макарович.
- Не успокаивай меня! Я знаю, что говорю! Где бабушкина квартира? Нету! И словом не обмолвился, куда дел! И с этой будет то же самое!..
- Мама, хватит уже…
- Ты мне доча, рот не затыкай! Я твоего братца как облупленного знаю, получше тебя!
- Мама!
- Что « мама»??
- Ты не права.
- И в чем я не права? Ну вот в чем?
Лена опустила голову, облокотившись на стол локтями, обняла затылок. Егор, подняв брови смотрел то на тещу, то не жену. Иван Макарович, откинулся на спинку стула и поглаживая пальцем усы, изучал узор на скатерти. Потом тихо спросил:
- Прооралась?
Ольга Николаевна резко повернулась к нему, хлопнула ладонью о стол, ответила:
- Прооралась. Но согласие не дам. Пусть сам заработает. И вернет все до копейки за квартиру моей матери. Это мое последние слово.
Она встала и ушла на кухню.
Лена медленно подняла голову, посмотрела на отца мокрыми глазами.
- Ну, что ты на меня смотришь. Я долго молчал, доча, теперь ты все быстро расскажешь. Сама видишь, во что вылилось наше молчание. - Он глянул на Егора. - Гош, если тягостно, иди покури. Тут семейная бомба сейчас рванет.
Егор обиженно сморщился:
- Я что, не семья? Рванет, вместе ошметками по стенам…
Иван Макарович одобрительно кивнул. Егор положил руку на колено жене, чуть сжал.
Ольга Николаевна вернулась из кухни, поставила на сто блюда с жареной рыбой, села на свое место. Молча. Ни слова. Ни одной эмоции на лице.
- Мам…
Ольга Николаевна отпила глоток компота.