В общем, свободного места в квартире оставалось не много. Где-то между баулами бегали дети, делали уроки за кухонным столом, играли на компьютере в спальне, между шифоньером и кроватью. А рядом на раскладушке спал дядя Серик. А за тюками налево притаилась теща Карлыгаш Темиртасовна. Потому как в другой комнате Хасен со своей женой Аидой потрошат китайские баулы. Вспарывают прессованные тюки острыми кривыми ножами. И тюки издают звук: Пух! И поднимаясь как на дрожжах, разваливаются на отдельные мелкие упаковки. Жуткая картина. И в эту квартиру Берик приглашал пожить Мухина? Валера сразу представил, как ему освобождают под жилье место на антресоли, на которую ему придется взбираться по веревочной лестнице. И подумал, что не зря отказался. Только вот домой ему идти не особо хотелось, и не потому, что он боялся убийцу. Нет. Просто представив, как живет его друг Берик, окруженный ненужным хламом, вещами и в то же время кучей родных, близких и дорогих ему людей, Мухину вдруг стало одиноко, хотя он жил не один. Его ждал кот, которого так и звали — Кот. Кот приблудился к Мухину уже взрослым, и как звали его, прежние хозяева было неизвестно, так же как неизвестно были ли они когда-нибудь у кота? Хозяева? На Васю и Барсика кот не отзывался, поэтому Валерий Николаевич звал его просто — Кот.
В лесополосе, расположенной по обе стороны от дороги Н-ск — П-нск, по которой ехал Хантер, деревья были настолько густо посажены, что веткам расти было некуда, и деревья вытягивали их в сторону дороги. Летом в густой зелени листвы, это было не сильно заметно. А осенью, оголенные ветки бросались в глаза. И схожесть деревьев с голосующим на трассе человеком становилась очевидна. Деревья словно просили проезжающие автомобили подвести их куда угодно, лишь бы отсюда подальше. Им жутко не хотелось впадать в долгий зимний сон, что будь их воля, несомненно, улетели бы вместе с воронами, которые начали сбиваться в стаи, готовясь к дальнему перелету. Черные вороны и грачи, плоды осени расселись на ветках, устроив шумный птичий базар.
Каркали, гонялись друг за другом, ругались, мирились. Периодически перелетали с места на место, слетая с деревьев, садились на трассу, и чинно расхаживали по ней группами. Что они искали на голом и пустом асфальте? Где кроме комьев грязи от колес автомобилей, ничего не было, непонятно. Или просто пародировали сотрудников дорожной полиции? Кто знает.
Но Хантера эти глупые птицы нервировали. Он уже пару раз чуть не сбил зазевавшихся ворон, выпорхнувших буквально из-под машины. Поэтому теперь заранее сигналил издали, дабы предупредить задумавшихся пернатых о своем приближении.
Все верно, все правильно, думал Хантер о сегодняшнем дне и о принятых им мерах.
Местные службы жирную кость получили, и шевелится, будут. Тело Наби Буса растворилось бесследно и какой шум бы в экспертизе не поднимали, без доказательств они сами заинтересованы в скорейшем забвении этого вопроса. Мост, ведущий на дачи, уничтожен. Что, во-первых, отвлечет внимание дачников, и они все силы бросят либо на восстановление моста, либо на то, чтобы поселок покинуть. А во-вторых, любопытные в виде неугомонной старушки соседки, не смогут попасть на дачу художника. Кто же он такой? Размышлял Хантер. Почему Шурави, которому поручили это дело, отрапортовал, что человек, находящийся в доме жив? И он является единственной причиной удерживающей кусок реальности в подвешенном состоянии? И Хантер, доверявший информации Шурави, это автоматически подтвердил перед покойным шефом. Хорошо, о том, что пациент жив, Шурави доложили ученые, прощупавшие объект по биолокации.
Хантер читал их отчет. Но Шурави настаивал, что именно человек является единственной причиной, удерживающим нить. Почему? Нет, надо отмотать все назад и вспомнить тот разговор с Шурави и его рапорт. И так:
Хантер прибыл первым рейсом из столицы в 6:30 утра, и сразу отзвонился адвокату. Тот отправил его на квартиру к Шурави и сказал, что он введет его в курс дела. Хантер тут же перезвонил Шурави (тот был еще жив), и тот сказал, что ждет. Около 7:30 они встретились. Всегда невозмутимый Шурави был возбужден и пребывал в хорошем расположении духа. Что выглядело странным, судя по положению дел. Но Шурави сказал ему тогда, что нащупал решение проблемы. На вопросы Хантера отвечал односложно, создавалось ощущение, что он недоговаривает. Тогда Хантер спросил его в лоб, что тот думает на самом деле, а не по официальной версии. Шурави ответил, что в своих догадках не уверен, поэтому не спешит ими делится. И именно тогда он обмолвился: