В общем, он узнал, что у дома вообще нет дворника! Мужик, которого пытался напоить Петров, из соседнего дома – сам купец Васильев просит его подмочь: вымести дорогу, полить деревья. Но в дом – ни ногой!
Второе — джентльмен, раздавленный повозкой, выходит только в сумерках. И носит парики! Скрывается?
Третье — у дома нет дворника, зато есть собственный мясник. Не слишком ли для упадочного дома, который вот-вот обрушится? Мясник постоянно возит свиные туши, и, судя по количеству мух, они частенько бывают протухшими.
Вивисекция?
И последнее: дворник клянется, что одной темной ночью, он (вусмерть пьяный, я думаю) видел, как несколько крепких мужчин затаскивают в дом мертвую лошадь.
4 августа
Лиза Т., написала мне письмо, в котором призналась! Я счастлив, так счастлив! Но сначала разделаюсь с нашей с Петровым мистической историей.
Новые подробности: судя по записям домовладельца в полиции (о, Петров, мой Порфирий Петрович), в доме Васильева проживает всего четыре человека! Сам Васильев, его женушка и двое малых детей.
Это очень сильно разнится с теми разнообразными шумами, стуком посуды, шагами и бесконечным разноголосым скрипом половиц, которые я слышал в Доме.
Идея Петрова — незаконный приют для бедняков, который устроил какой-нибудь сумасшедший хирург, лечащий их от зведной сыпи, чахотки и открытых переломов. Лечение не всегда успешно, но несчастным больше некуда податься, и они вынуждены терпеть эксперименты над собой. Петров говорит, что из их академии были отчислены несколько талантливых студентов-анатомов – за неописуемые опыты над животными, и даже эксгумированный труп.
Моя идея — не затягивать, а поговорить с жителями и задать прямой вопрос.
Лиза, скоро я весь твой!
Завтра всё решится.
6 августа
Всё очень сумрачно, и Петров смотрит на меня так, будто я ввязал его в какое-то черное дело.
Весь вчерашний день я оттирал кровь с половиц.
7 августа
Упрямится и умоляет, чтобы я не звал врача. Заявляет, что и сам врач. Идиот! Боится, что его выгонят из академии за самодурство.
Кровь остановилась, но рана не похожа на заживающую; такое чувство, будто кровь просто ушла с груди. Знакомый запах...
8 августа
Заперся в комнате и хрипит, будто в бреду.
Мне страшно.
Вонь такая, что голова раскалывается.
11 августа
Сегодня, воспользовавшись тем, что Петров забыл закрыть щеколду, я украдкой заглянул в комнату. Спит не на кровати, рыкнул, что удобнее в углу, и чтобы я запер проклятую дверь. Зрачки размером с бусину, лицо бледное, волосы из смоляных превратились в серые. Исхудал до костей, конечности как будто даже вытянулись.
Рассмеялся мне в лицо, когда я высказал свою мрачную догадку, но прячет глаза. Думает о том же.
Окна замазаны кашей, которую я ему приносил.
Господи, что это была за тварь?
12 августа
Скулит, будто пес. Что же с ним? На мои призывы резко отвечает “к черту врачей”, и это больше похоже на звериный рык, чем на прежний тенорок Петрова.
Друг, я так виноват...
В дверь стучалась Лиза. Я её прогнал, но, боюсь, не смог сдержать лица. Если она догадается?
13 августа
Сердце колошматит в груди. Только что был у Васильева. Он живет не в самом Доме, а во флигельке рядом. Я ворвался к нему, бросился на колени, умоляя помочь. Услышав, что произошло, он схватил меня за грудки и выволок во двор. Но я видел, видел. Его две деточки почти седые, а у жены все руки изрезаны...
Он буквально окунул меня в лужу, но перед этим, оглядевшись по окнам, что-то коротко шепнул мне в ухо.
Я не разобрал его слов, но память ухватилась за звук, и теперь, вернувшись в квартиру (господи, этот мускусный запах), слова купца прояснились:
“Забей в него кол”.
15 августа
Куда-то пропал мужчина из соседней квартиры. На мой вопрос Петров только хихикнул. Воняет мертвечиной. Мог Петров вылезти в окно? Мог он втащить труп через окно?
Руки трясутся, сплю с распятием в руках, и тушью нарисовал кресты на каждом косяке.
Не смогу, не смогу, друг, только не так...
16 августа
Господи, помоги… Я раздобыл парик, грим, плотный плащ, и сегодня ночью отведу Петрова в этот проклятый дом.