— Что тебе нужно? — спросила Виктория.
— Мне нужно, чтобы ты увидела прошлое своего рода. То, что Лоренц скрыл даже от самих зеркал. Истину, за которую твоя кровь когда-то заплатила проклятием.
Себастьян шагнул вперёд. Его голос дрожал:
— Это связано с тем, что со мной?
— Всё связано. Твоя раздвоенность — лишь трещина в том, что скрыто. Ты носишь в себе осколок Тени, мальчик. Как и каждый из вас — в разной форме. А Виктория... она носит ключ.
Лоренц взорвался:
— Довольно! Уходи, пока я не вырву у тебя язык и не заставлю твои тени служить моим!
Но Виктория подняла руку, остановив отца.
— Ты покажешь нам истину? — спросила она тихо.
Незнакомец кивнул.
— Но цена будет. За знание всегда платят.
— А если мы откажемся? — спросил Кристофер, прищурившись.
— Тогда Тень придёт не как предупреждение, а как кара.
И тогда этот замок рухнет... изнутри.
Наступила тишина. Тикали часы.
За окнами по стеклу скользнула чёрная птица — и исчезла в ночи.
— Покажи, — сказала Виктория.
Лоренц резко обернулся к ней:
— Ты не смеешь…!
— Я уже решилась.
Незнакомец сделал шаг вперёд, и вокруг него медленно закружились тени.
— Тогда идём. В Зеркальный Круг. Там ты увидишь всё.
Глава VIII. Зеркальный круг
Путь к Зеркальному Кругу пролегал через старые залы, давно запечатанные. Стены были покрыты письменами на древнем языке крови. Ни один факел не горел — свет шёл от самих теней, будто они вспыхивали, когда Виктория приближалась.
Себастьян тихо бормотал себе под нос заклинания. Кристофер шагал рядом, необычайно молча, а Михаил сжимал амулет, унаследованный от матери.
Наконец они вошли.
Зеркальный круг был залом без потолка. Ночь смотрела сверху, звёзды отражались в 12 огромных зеркалах, стоящих по кругу.
В центре — чаша с чернильно-чёрной жидкостью. Виктория почувствовала, как кровь в её венах откликнулась.
— Что теперь? — прошептала она.
Незнакомец шагнул в центр круга и заговорил:
— Роэнвальды не всегда были теми, кем вы себя считаете. Триста лет назад был раскол. Ваш род стоял перед выбором — магия света, как учила корона, или магия тени, как шептали зеркала.
Он коснулся черной воды. На поверхности возник образ: юная женщина в белом с голубыми глазами — прародительница Виктории.
— Её звали Элианна. Первая из Роэнвальдов, кто увидел за грань и заключил договор с Пустотой. За силу — она отдала эмоции всего рода.
— Эмоции? — шепнул Себастьян.
— Вот почему Лоренц не способен любить, — продолжил незнакомец. — Вот почему вы носите печать холода в крови. Вы — потомки тех, кто продал душу за власть.
Образы менялись: пылающие города, маги, падающие перед древними тенями.
В зеркалах отразились их лица — старые, искажённые, как будто время искажало их правду.
— Но Элианна боялась, что её потомки станут чудовищами. Поэтому она создала Печать крови — заклятие, сдерживающее тьму. Оно должно было держать равновесие. Пока наследники не нарушат ритуал...
Все обернулись на Викторию. Она побледнела.
— Я... не знала.
— Никто не знал, — сказал Михаил. — Нам не дали выбора.
— Вот зачем я пришёл, — закончил незнакомец. — Чтобы вы сами решили:
искупить,
уничтожить,
или обнять тьму и стать тем, кем были задуманы.
---
Зеркала затрепетали. Из каждого зашептали голоса предков.
— Убеги...
— Возьми силу...
— Сожги замок...
— Прими нас...
Виктория подняла голову.
— Нет. Мы сами решим, кто мы. Не предки. Не тьма. Не ты.
И вдруг все зеркала треснули.
Чаша в центре закипела, и из неё поднялось нечто.
Существо, созданное из воспоминаний рода. Из боли. Из магии.
Испытание... только начиналось.
После разрушения зеркал в замке наступила тишина. Словно сам Дом Роэнвальд затаил дыхание.
— Мы должны знать всё, — сказала Виктория. — Без полуправды. Без теней.
Себастьян, всё ещё бледный после видения, кивнул:
— В библиотеке есть запретный сектор. Я видел, как отец туда входил. Там он прятал Книгу Без Лика.
— Что в ней? — спросил Кристофер.
— Не текст. Память, — ответил Себастьян. — Страницы этой книги — живые. Они покажут то, что даже тени боятся называть.
---
Ночью, через тайный проход, братья и сестра пробрались в западную башню. Там, за железной дверью с гравировкой глаза без зрачка, лежала древняя библиотека. Запах старого пергамента, пыли и магии был густым, как мрак.
Себастьян провёл рукой по полке, и одна из книг зашевелилась, словно змея. Он вытащил её — тяжёлая, покрытая кожей, с замком в форме черепа.