И всегда это оказывалось не просто сучок или ветка, а если всмотреться получше, то прямо настоящая птица, или ящерица, или зайчонок. А то раз вместо сухого корня Тимоша увидел, будто девочку в шляпе. И когда Анюта с Гришей присмотрелись, они тоже согласились, что это очень похоже на девочку в шляпе.
С Тимошей было интересно дружить. Он относился к близнецам не так, как Кирилл, хотя тоже был постарше их. Он, наверное, и не подозревал, что можно командовать младшими, как это делал Кирилл, который считал, что старший брат — самый главный и младшие должны ему подчиняться. А у Анюты, Гриши и Тимоши никто друг другу не подчинялся. Все были равны. Всем было свободно и легко.
Однажды пошёл сильный дождь. Все сидели дома, не хотелось выходить на улицу. У всех было какое-нибудь занятие. Кириллу стало скучно одному в своей комнате. Он подумал: «Пойду вниз к близнецам». Он, конечно, думал, что ему обрадуются и Анюта, и Гриша, но никто ему не обрадовался. Им и без него было хорошо играть. И подзорная труба у них своя появилась. Близнецы с Тимошей склеили её сами из разноцветной бумаги. В их самодельную трубу было даже интересней смотреть, чем в настоящую. Они наводили её в любую сторону и видели то, что им хотелось увидеть. Даже в дождь они могли увидеть солнечную поляну с солнечными зайчиками. А в Кириллову трубу солнечных зайчиков не увидишь в дождливый день, а только мокрые от дождя деревья.
Когда им надоело смотреть в цветную трубу, они стали строить город из деревянных кубиков и сухих веток. В городе были башни, дворцы и дерево-великан с аистиным гнездом.
Кириллу тоже захотелось строить город, но его не приглашали строить; и он стал тогда рассказывать про бельчат, какие они весёлые и смешные. И про то, что он видел сегодня в подзорную трубу. Он говорил долго, только чтоб не уходить.
Но Гриша, Анюта и Тимоша не слушали его. Строили большую башню и разговаривали между собой, будто и нет Кирилла. Иногда только Гриша взглянет на него и улыбнётся виноватой улыбкой. Ему было жалко Кирилла, оттого что он стал им троим не нужен и что никто его не расспрашивает, а всем, даже самому Грише, хочется, чтоб он скорее ушёл: им без него лучше играть.
И Кирилл замолчал. Он растерялся. Он не привык, чтоб его не замечали младшие брат и сестра. Ему хотелось, чтоб его все слушали и просили: «Расскажи ещё». А они молча ждали, когда же он уйдёт и не будет мешать им строить город.
Кирилл обиделся и, вместо того чтобы уйти самому, закричал:
— Раз не хотите меня слушать, уходите все отсюда!
И он стал сбивать ногой всё, что совсем недавно называлось башнями, домами, деревьями, в одну минуту превратив их в развалины.
Анюта не побежала к бабушке жаловаться, не заплакала — она укоризненно взглянула на Кирилла и сказала:
— Мы к тебе не приходили. Ты сам пришёл. Это наша комната, а твоя на чердаке.
И Гриша сказал:
— Мы не приходили. Ты пришёл. А город мы еще построим.
— Зато у меня подзорная труба, — злился Кирилл. — Я в неё звёзды вижу, а вы не видите.
— У нас своя есть. Мы в неё что хотим, то и видим. Даже солнечных зайчиков, — ответила Анюта и стала собирать разбросанный строительный материал.
Один Тимоша ничего не сказал. Он удивлялся про себя, отчего Кирилл разозлился. Хотел об этом спросить Кирилла самого, но того уже не было. Он хлопнул дверью и убежал наверх, в свою комнату.
ОСУЖДЕНИЕ КИРИЛЛА
Бабушка собралась топить печку, а дров нет.
— Живём в лесу, — пожаловалась она, — а печку вытопить нечем.
— Мы сейчас с Гришей принесём, — засуетилась Анюта. — Подождите, бабушка, мы сейчас сбегаем за дровами.
— Я тоже с вами пойду, — сказал Тимоша.
Они принесли сначала сухих веток, потом отправились в лес за сухим деревом, которое валялось у самой дороги. Дерево небольшое, но тащить его было трудно. Еле-еле дотащили. Тут и Кирилл откуда-то явился.
— Давайте помогу, — предложил он, смущённый, что его работу выполняют близнецы и Тимоша.
— Мы сами, — отказалась Анюта. — Не помогай.
Они втащили дерево во двор и только тогда позволили Кириллу подступиться к нему. Сами они не умели рубить топором, а Кирилл уже умел. Пока он рубил дрова и относил их в кухню, близнецы с Тимошей снова пошли в лес — заготовить сухих веток на завтра, чтобы бабушка не волновалась, когда нужно будет топить печку.
— Мы и без Кирилла обойдёмся! — говорила Анюта.
— Конечно, — соглашался Гриша.