Мама с бабушкой теперь каждый день уходят в школу: у них началась подготовка к новому учебному году. Потом мама уехала в город на специальный семинар для учителей. А вслед за ней уехала бабушка в областной город на встречу учителей, которые преподают географию.
Перед отъездом у мамы с Кириллом был серьезный разговор.
— Сынок, — сказала мама, — ты у меня старший. Я прошу тебя, постарайся быть для наших близнецов по-настоящему старшим братом. Береги их. Не бросай их дома одних надолго, они могут испугаться чего-нибудь. Будь в доме старшим. Заслужи уважение брата и сестры: они ведь у нас строгие. — Вспомнив строгое Анютино лицо, мама улыбнулась. — Я тебе скажу, как взрослому. Вот что: человеку необходимо, чтоб его уважали. Очень важно, когда тебя уважают чужие люди. Заслужить их уважение нелегко. Но ещё труднее заслужить уважение своих родных. Потому что ты всё время у них на виду. И у папы постарайся заслужить уважение. Ладно?
Кирилл кивнул. Он был очень серьёзен, и мама поверила ему.
Уехали мама с бабушкой, папа ушёл на пчельник. Ушли и близнецы с Тимошей в лес. Кирилл собрался в Медвежьи Печи к ребятам играть в футбол.
Сначала он пошёл к дяде Егору на разъезд, отнести ему книгу, — дядя Егор давно просил принести почитать что-нибудь поинтересней. Кириллу хотелось пойти к Каллистратычу, но он не решился. Если бы тот сам его позвал, он бы сразу побежал. Но Каллистратыч был сердит на него за Тимошу. «Ненадёжный ты друг», — сказал он Кириллу, когда узнал про случай с Тимошей.
Каллистратыч, как и папа, всю войну провоевал. Сначала партизанил в Брянских лесах. А потом, когда пришли наши и освободили от врагов Брянщину, Каллистратыч стал солдатом и воевал, пока не кончилась война. Он-то, бывший солдат, умел ценить дружбу.
Не мог Кирилл пойти теперь к нему. Видно, и тут надо зарабатывать уважение.
Дядя Егор, как всегда, обрадовался Кириллу. И, как всегда, был немногословен, хотя они с Кириллом успевали о многом поговорить. Правда, говорил больше Кирилл, а дядя Егор скажет два-три слова и замолчит. Так и проходит у них интересный для обоих разговор.
— Ну, я пошёл, — сказал Кирилл. — Мы с ребятами сегодня в футбол играем. Пока дойду, и ребята соберутся.
Он распрощался с дядей Егором, оставил ему книжку и пошёл в Медвежьи Печи, к старой кузнице, перед которой был хороший стадион. Так его называли ребята. На самом же деле это был попросту ровный луг. там хорошо бегать футболистам.
Не успели ребята забить друг другу и десятка голов как хлынул дождь, и все побежали прятаться в заброшенную кузницу, перед которой росла старая ракита.
В лесу творилось что-то неладное. На глазах изумлённых ребят деревья падали все сразу, широкой полосой. Будто кто-то невидимый вырывал их с корнями и бросал, хватал одним махом березы и высоченные корабельные сосны, переворачивал и оставлял лежать вверх корнями, а сам набрасывался на другие деревья.
Ураган! Он шёл рядом, не затрагивая кузницы, будто граница пролегла между полосой урагана и кузницей, и на этой границе стояли часовые, не позволявшие урагану вырваться из своей полосы.
Лес гудел, трещал и падал.
— Гляньте-ка! — вскричал кто-то рядом с Кириллом. — Ракита!
Ракита, стоявшая перед кузницей, оказалась в одно мгновение раздетой. Листья и кора были сброшены с неё, и она стояла теперь сухая и обуглившаяся. Что это?…
— Мы такого отродясь не видели, — испуганно проговорил Афонька.
— Это молнией полоснуло, — сказал Кирилл.
— Я боюсь… — захныкал младший брат Афоньки.
Всем стало страшно. Наделает беды этот ураган.
Года два тому назад прошёлся он тут поблизости такой же неширокой, но длинной полосой. Будто перепахало тогда всю землю кругом могучим трактором. Весь лес перевернуло. Деревья завалили тогда дорогу, сараи разметало, срывало крыши.
«Как же наш дом сейчас? — подумал вдруг Кирилл. — Он высоко стоит. Его ураган может унести. А там близнецы и Тимоша».
Вспомнив о доме, Кирилл испугался и выскочил из кузницы.
— Куда ты? Пропадёшь! — крикнул ему вслед Афонька.
Но Кирилл бежал не оглядываясь. Он пригибался к земле от каждого удара грома, но продолжал бежать. Он нужен дома. Лишь бы только дом устоял на месте, не сбил бы его ураган.
Снова загрохотал гром, и одновременно сверкнула молния. Удар был совсем рядом, такой силы, что Кириллу показалось, будто в него попало.
Вдруг он услышал крики:
— Мост горит! Мост!..