- Ну что стоишь, прирос к месту, что ли? Интересно, а мне куда влезть? Весь карниз занял. Куда ни ткнись - везде твои ноги. Сколько их у тебя? Свою некуда поставить. Подвинься!
Осторожно подвинувшись, мальчик помог сестре взобраться на карниз, а сам подобрался к заветному чердачному окошку.
- Гляди! - крикнул он, забыв, что следует соблюдать тишину, но спохватился и перешел на громкий шепот. - Фиговая решетка! Не решетка, а прямо фотомонтаж, для красоты сделана. Открывается вместе с окном.
Яночка осторожно добралась до брата, и оба они убедились, что решетка и в самом деле крепилась не к оконному косяку, а к раме, и открывалась вместе с окном. Причем открывалась снаружи, а не изнутри. Павлик потянул за решетку, и она легко подалась вперед. Одностворчатое окошко открылось, причем рама со стеклом и решеткой не отошла в сторону, а поднялась вверх. Путь на чердак оказался открытым.
- Придержи раму! - приказал Павлик сестре, - а то еще свалится и меня пополам разрежет, когда буду влезать. Я первый лезу!
И мальчик сделал попытку просунуться в раскрытое окошко головой вперед.
- Ты что? - поддерживая раму, крикнула на брата девочка. - Зачем голову суешь? Залезай вперед ногами, а вдруг там высоко!
Она, конечно, права, но очень непросто на узком карнизе, расположенном так высоко над землей, изменить позицию. Извиваясь всем телом, как змея, упершись одной рукой и одной ногой в стену дома, а оставшимися конечностями в карниз, запутавшись, где у него руки, а где ноги, Павлик наконец занял позицию вверх ногами и просунул ноги в окошко. Яночка изо всех сил поддерживала раму в поднятом положении.
- Порядок! - услышала она после мягкого шлепка голос брата, доносящийся с чердака. - Здесь невысоко, лезь головой вперед, я тебя подхвачу. Отпусти раму!
Отпустив раму, девочка поспешила нырнуть головой вперед. Рама наподдала сзади, Павлик подхватил спереди, и Яночка благополучно приземлилась на мягкий пол. Окно с легким стуком закрылось, и наступила тишина.
На старом чердаке царила полутьма. Поначалу глаза ничего не видели, но вот постепенно в серой однородности окружающего пространства стали проступать контуры отдельных предметов.
- Темновато здесь! - вполголоса осмелилась нарушить тишину девочка.
- И никакого повешенного не видать, - разочарованно подхватил Павлик.
- За столько лет никакой повешенный не сохранится! - возразила благоразумная сестра. - Остался бы только скелет. Поищем, может, и валяется где-нибудь в углу. Я уже немного вижу. Глаза Павлика тоже привыкли к темноте, доказательством чего явилось восклицание, в котором слышались и изумление, и восторг:
- Надо же, какая пылища!
Пыль и в самом деле впечатляла. Она таким толстым слоем покрывала все окружающее, что трудно было различить, какие же предметы под ней скрывались. Зато на ее толстом ковре отчетливо выделялись чьи-то следы, тоже шедшие от окна.
- Гляди! - взволнованно схватила Яночка брата за рукав. - Он тоже шел отсюда, значит, влез через это же окно. И шел как-то странно, вроде еле ноги волочил. Может, специально, чтобы замазать следы? Чтобы не определили рисунок подошвы, ты как думаешь? И шел туда, вон в тот угол.
- Тогда мы должны идти так, чтобы не наступать на его следы. По стеночке пройдем, я с той стороны, ты с этой.
Дети осторожно двинулись в глубь мрачного, таинственного чердака, туда, куда вели следы неизвестного злоумышленника. Но хотя чем дальше от окошка, тем было темнее, видели они все лучше. Похоже, их глаза совершенно освоились с темнотой.
Внутренность чердака уже не представляла собой однообразное серое пространство. Оказывается, он буквально забит множеством самых интересных вещей. То и дело слышались полные восторга возгласы:
- Фантастическое старье! Гляди, старинные часы!
- А вот рыцарь в латах и с мечом! Отпад!
- Оставь рыцаря в покое, гляди - что это?
- Вроде бы гладильная доска, только вместо доски корыто, - сказал Павлик. - И отверстие внутри. Он заглянул в отверстие, потом заглянула Яночка, - Там какие-то железки торчат, острые...
- Как поломанные ножи! - подхватил Павлик. - Слушай, это не иначе как средневековая пыточная машина! Красота!
- И правда! - согласилась сестра. - Вот в это отверстие всовывали руку или ногу, потом поворачивали ручку... И по кусочку отрезали... Стало страшно. Вот какие жуткие тайны хранил, оказывается, старый чердак! Брат с сестрой не сговариваясь поспешили подальше отойти от страшного орудия пыток. Мальчик ткнул сестру в бок:
- Смотри, а это что?
Вздрогнув от неожиданности, девочка с трудом удержалась от крика, потом шепотом обрушилась на брата:
- Мог бы предупредить! Чего путаешь? И без того страшно! Ты про что?
- А вот про это.
- Вроде бы старинный колокол.
- Внутри пустой, - доложил брат, исследовав внутренность .непонятного предмета. - А вот, гляди! Что бы это могло быть? Старинный аккордеон? Да нет...
И оба принялись с интересом рассматривать какой-то кожаный предмет, сложенный гармошкой. Павлик нажал на торчащую вверх ручку, предмет издал вздох и выпустил струю пыли.
- Осторожно! - вскричала Яночка. - Дует!
- Откуда дует?
- Когда ты нажимаешь ручку, вот отсюда дует. Пыль летит.
- Значит, это старинный пылесос, только наоборот - выпускает пыль, вместо того, чтобы ее втягивать. Надо же, как интересно! И Павлик принялся энергично нажимать ручку, подняв тучи пыли. Оба расчихались. Может, с этой стороны сюда что-нибудь заталкивали по кусочку, - предположил он между двумя чихами, - а с другой стороны выдавливалось?
- Опять приспособление для пыток? - с сомнением произнесла Яночка, перестав чихать. - Ты думаешь, наши предки оборудовали здесь, на чердаке, камеру пыток? Ведь обычно людей пытали в застенках подземелья. Я не читала, чтобы на чердаках.
- Да нет, это не для пыток, хватит и одной пыточной машины. Погляди туда!
- Нет, это ты гляди сюда!
Оставив в покое старый патефон с погнутой трубой, ручку которого уже начал было накручивать, Павлик поспешил к сестре, так как по голосу понял: она увидела нечто из ряда вон выходящее. И в самом деле. У стены виднелся прямоугольник чистого пола. Без пыли! Прямоугольник небольшой, здесь мог стоять средних размеров чемодан или небольшой шкафчик. И взяли этот чемодан отсюда совсем недавно.
- Видишь! - взволнованно толковала брату Яночка. - Тысячу лет здесь стояло, а он совсем недавно забрал отсюда.
- И в самом деле, - согласился Павлик. - И паутина на стене, видишь? Вся порвана. Только вот каким образом он мог это вытащить в окно? Не пролезло бы. А, может дверь какая есть? Как ты думаешь, что бы это могло быть?
Сокровища, что же еще! Сокровища в чемодане или ящике. Или шкафчике...
- Да нет, это наверняка были старинные пистолеты! Или другое какое оружие, может, и не очень старинное. И боеприпасы к ним! факт, преступник явился за ними, и теперь примется грабить и разбойничать. Слышала, ведь в этом доме во время войны бабушка Агаты прятала оружие! Вот этот хмырь его и похитил! Надо же, из-под носа увел! Яночка поморщилась. Оружие и боеприпасы ее не устраивали, она предпочитала сокровища. Дети внимательно осмотрели прямоугольник незапыленного пола и убедились, что они правы - тут и в самом деле до самого недавнего времени стояло что-то - мебель, чемодан, сундучок, которые забрали неизвестные злоумышленники.
- Неужели найдется такой дурак, который из-за каких-то пистолетов станет забираться в чужой дом? Ведь столько намучается, чтобы вынести их отсюда! удивлялась вслух Яночка.
- Сама ты дура! - возразил брат. - Пистолеты и боеприпасы почище твоих сокровищ будут! Решив, что сейчас не время ссориться, Яночка сказала:
- Ладно, времени у нас в обрез, давай посмотрим, не забрал ли он отсюда еще что. И оба осторожно двинулись дальше по мягкому ковру пыли. Осторожно не только потому, что следовало соблюдать тишину, но еще и потому, что каждое резкое движение взбивало кверху целые тучи пыли. Оба были уже с ног до головы покрыты этой пылью.
Увидев старинную шарманку, Павлик остановился как вкопанный. С криком "Потрясная штуковина" он кинулся к шарманке и, прежде чем Яночка успела его остановить, повернул торчащую сбоку рукоятку.