- Зачем ей лезть в корзину? Ведь она битком набита пустыми банками-склянками. А в посылке судя по словам бабули, никак не могла быть банка. Да мы и сами видели, вспомни.
- Конечно, зачем бы ей прятать так старательно какую-то банку? согласилась Яночка, задумчиво глядя в темноту за окном.
Павлик тоже уставился туда, и, возможно, имен но темнота вдохновила его, ибо он высказал дельное соображение:
- Если это была банка с вишневым вареньем... еще можно понять. А вдруг она прятала ее от сыночка, чтобы не сожрал?
- Ты не о варенье думай, а о том, как ей жизнь отравить, - одернула сладкоежку-брата строгая сестра. - Я ничего путного придумать не могу.
- Я тоже, - вздохнул Павлик. - Дом рушится... рушится дом, ничего нового в голову не приходит, - безнадежно махнул рукой мальчик, сознавая всю слабость этой устаревшей концепции.
- Надоело! - фыркнула Яночка. - И грымза привыкла, и даже бабушка.
- Бабушка не привыкла, просто мы переключили ее на почтальона, а сама идея что надо! - воодушевился вдруг Павлик. - Только завыть надо теперь посильнее, как-то убедительнее... А грымза не привыкла, а тоже была занята охотой на почтальона.
Подумав, Яночка согласилась:
- Почему бы и не повыть немного? Сколько мы с тобой не выли? Кажется, целых четыре дня? Самое время. А она там еще чем-то трещала, помнишь?
- Да, надо посмотреть, чем там можно трещать. Решено, лезем на чердак!
Перспектива ночной вылазки так вдохновила Павлика, что он совсем забыл об усталости, будто и не таскал весь день тяжести. Чердак притягивал мальчика с таинственной силой, столько там было еще неисследованного! Как он не подумал об этом раньше? Может, именно там хранится ключ к разгадке непонятных событий.
- Ну так что? Лезем? - вскочил он с постели
- Мне совсем не хочется спать.
- Мне тоже! - Яночка уже была на ногах. - Только смени батарейки в фонарике, он у тебя слишком слабо светит.
Дети давно освоили технику ночных вылазок на чердак с собакой, и все трое очень полюбили их. Из окна Хабр спрыгивал сам, а обратно забирался в два приема. Сначала прыгал на спину на клонившегося Павлика, с нее на подоконник. По росшую мхом наклонную крышу над террасой преодолевали с помощью давно вбитых в нее крючьев. Научились дети и более рационально использовать короткое время, отпущенное на изучение чердака. Они не стали отвлекаться на осмотр уже исследованной части чердака, а, чихая от пыли и светя фонариком, сразу направились на менее изученную. Действовать тут приходилось осторожно, малейшее резкое движение поднимало тучи пыли, толстым слоем покрывавшей все вокруг. Каждый заинтересовавший их предмет приходилось или брать в руки, чтобы осмотреть, или хоть немного стряхнуть с него пыль: по внешнему же виду трудно было определить, что это такое. Яночка нащупала какой-то круглый предмет и не могла понять, что он собой представляет. Пришлось призвать на помощь брата. Оставив в покое деревянное колесо, похожее на штурвал с торчащими в стороны деревянными спицами, Павлик осторожно, стараясь не поднимать пыли, извлек не понятный круглый предмет из кучи позвякивающего мусора. Стерев рукавом пыль, он осветил предмет фонариком и неуверенно произнес:
- Похоже на тыкву.
Взяв в руки непонятную находку, сестра оглядела ее.
- Легкая. И какие-то дырки, вот здесь, видишь?
Дети с интересом принялись рассматривать старую высохшую тыкву, в которой и в самом деле виднелось несколько дырочек разного размера. Но вот Павлик повернул тыкву под каким-то новым углом и воскликнул:
- Гляди! Ну прямо морда!
- Точно! - подхватила Яночка. - Вот глаза вот нос... и зубы торчат! Что бы это могло быть?
Заглянув через самое большое отверстие внутрь тыквы, Павлик сделал открытие:
- Там остаток свечи. Вон огарок, видишь? Зажжем?
- А у тебя есть с собой спички?
- Спички у меня всегда с собой! Зажигаем?
Велев Яночке светить фонариком и освободив руки, мальчик сначала перевернул тыкву отверстием вниз и вытряхнул из нее скопившуюся пыль. Яночка светила на брата и тыкву двумя фонариками - своим и брата, с интересом наблюдая за братом. А тот зажег спичку и, наклонив тыкву, тщетно пытался зажечь запыленный и высохший фитиль свечи внутри тыквы. Пришлось потратить несколько спичек, прежде чем свеча внутри тыквы зажглась ровным ярким пламенем. Дети выжидающе уставились на нее, но ничего интересного не происходило.
- И что? - не выдержала Яночка.
- Не знаю, - разочарованно ответил брат и вдруг сообразил: - А ну, потуши оба фонарика! Яночка послушно потушила фонарики, и у детей перехватило дыхание. В наступившей темноте они узрели перед собой страшную рожу, отсвечивающую каким-то потусторонним, призрачным светом. Тыква покачивалась, огонек свечи колебался, рожа строила страшные гримасы - скалила зубы и дьявольски подмигивала.
Яночка не могла произнести ни слова. Павлик восхищенно выдохнул:
- Привидение! Морда привидения! Полный отпад!
- Красота, - немного дрожащим голосом подтвердила сестра, будучи не в силах отвести взгляда от страшного зрелища. - От такой красоты можно помереть на месте!
- А это мысль! - обрадовался брат, тоже не пускавший глаз с тыквы. - В полночь показать ей такое, а? Ты как думаешь? Во дворе ночью темно, хоть глаз выколи, хорошо, что фонарь перед нашим домом испортился. Увидеть такое в окне! Ты как думаешь?
Обретя способность думать, Яночка с восторгом восприняла идею.
- Потрясающе! - произнесла она все еще дрожащим голосом, но сразу же принялась распоряжаться:
- Погаси свечу, а то вся прогорит! И давай по торопимся, времени мало.
Включив фонарик, дети принялись дуть на свечку, наконец мощным "фууу! " Павлику удалось ее погасить. Еще раз как следует обтерев драгоценную тыкву рукавом, Павлик осторожно положил ее в угол, чтобы на обратном пути захватить с собой. Как бы не поломать по пути, слезая с чердака! Придется осторожненько передавать друг другу, значит, на обратный путь понадобится больше времени, значит, остальные дела на чердаке надо проделать в ускоренном темпе.
И мальчик поспешил к брошенному штурвалу. Странное колесо со спицами было прикреплено к ажурной деревянной подставке. Павлик не мог рас смотреть, чем эта подставка оканчивалась, потому что ее придавило старое кресло или остаток дивана. Мальчик попробовал отодвинуть в сторону эту мебель, но сил не хватило.
Недалеко от брата Яночка занималась своими изысканиями. Ей удалось пробраться к стене чердака, и она обнаружила висящий на этой стене мешок почти пустой, только на самом дне лежало что-то тяжелое. Рядом с мешком стояли какие-то длинные палки с ручками в виде молотка Девочка взяла в руки одну из них, она оказалась страшно тяжелой.
- Павлик! - вполголоса позвала Яночка брата. - Пойди сюда, гляди, какие-то странные молотки. На длинной-предлинной палке. Пришлось Павлику опять оставить в покое свой штурвал. Мальчик перелез через кучи какой-то рухляди и, подойдя к сестре, взял в руку одну из палок.
- Это не молоток, - сказал он. - Погоди, я как-то видел в кино, в Англии играют в такую игру... Как же она называется? Ага, вспомнил, крикет!
- А как в это играют? - заинтересовалась девочка.
- А вот так, - стал показывать Павлик, стараясь вспомнить, какую позицию принимали игроки в крикет в том кино, которое он когда-то видел. Согнувшись и расставив ноги, мальчик взмахнул палкой с молотком. Мешал фонарик. Отдав его се стре, Павлик пояснил: - Представь, что вот тут, на траве, лежит мячик, деревянный. И я со всей силы бью по этому шарику.
Мальчик размахнулся, наглядно демонстрируя, как следует играть в крикет, и при этом зацепил молотком за висящий на стене мешок. Послышался такой грохот, что брат с сестрой кинулись друг к другу и оцепенели от страха, на всякий случай при гнув головы и сжавшись в комок. Ветхий мешок разодрался, находящиеся в нем деревянные крикетные шары с оглушительным грохотом обрушились на деревянный, пустотелый пол чердака и гремя покатились в самые отдаленные углы его. Мощное эхо прокатилось по всему дому, дошло до подвала и возвратилось на чердак. Казалось, валится не один дом, а целый живой квартал. Дети оцепенели от страха и не скоро пришли в себя. Первым опомнился Павлик.