— Так ведь к этому все шло. Кто же, как не она должна была бы встать во главе после моего ухода. Для кого я столько работал, девочка? Настанет время, ты выучишься и, если захочешь, тоже придешь в наше семейное дело. Ну же, Александра! Перестань плакать.
— Папа! По-твоему, я должна спокойно помахать тебе ручкой? Ты за кого меня принимаешь? И потом, это несправедливо. В семь лет я потеряла мать, в восемнадцать расстаюсь с отцом. Я же теперь буду круглой сиротой, а люди до старости живут со своими родителями. Папа, я люблю тебя и не хочу терять. Ну, не хочу!
Она вскинула голову, уставилась заплаканными глазами в голубое небо, упрямо повторяя:
— Не хочу! Не надо!
— Ну хватит! — рявкнули за спиной.
Сашка замерла, медленно оглянулась. Мамонов поступил точно так же.
У беседки стоял капитан Синичкин. Он был бледен, отчего веснушки на его вздернутом носу казались темными и зловещими.
— Хватит, — повторил он уже тише, — достаточно ребенка мучить. Никуда твой папа не денется.
— То есть как? — изумился Аркадий Петрович. — Потрудитесь объяснить.
— Мне кажется, вы и сами до конца не верили в такую ерунду, как явление призрака. Нет, доказательства налицо — потусторонние голоса, зеркала бились исправно, картины падали, даже пол вздымался. Только все эти киношные трюки довольно дешевые. Ну, я сейчас не о материальной стоимости говорю, а о визуальном эффекте.
— Но мои ощущения… — озадачился Мамонов.
— Вы, как это ни дерзко звучит, всего лишь обычный человек с человеческой психикой. Если человека поместить в комнату страха, он ведь во многое поверит и даже пугаться начнет. Особенно если комната страха первоклассная.
— Да при чем здесь комната страха? — Аркадий Петрович побагровел.
А Сашка хлопнула испуганными глазами, однако в сердце ее затеплилась надежда.
— А я вам сейчас объясню. Только всем сразу, чтобы нагляднее было. Идемте в дом. Там уже и Виолетта Аркадьевна со своим мужем вернулись, и Виктория Петровна проснулась. В общем, соберемся в малой гостиной и начнем.
— Так, а Павел? — Мамонов неуверенно поднялся и взял дочь за локоть.
— Неужели вы думаете, что он действительно придет? — усмехнулся Синичкин. — Ну и дела. Я вот только одного не могу понять, какая развязка у всего этого спектакля предполагалась?
Глава 17
В малой гостиной собрались все жильцы дома. В кресле сидела Виктория, на диване Виола с Борисом, Сашка примостилась на полу рядом с креслом, в котором сидел отец, и прижималась щекой к его колену, все еще не смея верить в свое счастье — папа передумал покидать этот мир. В углу на стуле ерзал майор Ляпов.
На другом диване сидели Лидка и ее литературный агент Вован Паршин.
Синичкин стоял, облокотившись о рояль, за которым в струну вытянулась вся прислуга, включая и дворника Игната. Капитан умудрился стянуть в малую гостиную даже охранников, которые чувствовали себя совсем скверно — эти парни были крайне редкими посетителями охраняемого объекта, а потому разместились по стенам, слившись с обоями и гардинами.
В воздухе стояла напряженная тишина.
— Итак, я начну с конца, — наконец известил собрание Синичкин и, вздернув свой и без того курносый нос, выудил из папки две фотографии. Он протянул их Виктории: — Вот из-за этих снимков убили господина Косицына и горничную Надю.
— Не понимаю, — Виктория мельком взглянула на фотографии и, пожав плечами, передала их Лидке.
Та, узрев их, истерично всхлипнула.
— Ой, ну начинается, — скривила губы Виола и обратилась к Синичкину: — У всех у нас выдалась непростая неделя, а мне еще сегодня работать до завтрашнего утра. Если вы имеете что сообщить, давайте покомпактнее и без лирических отступлений.
— Ладно, — быстро согласился капитан. — Вся эта история — это история бытовых и отнюдь не возвышенных страстей. Это история алчности не слишком порядочных людей, которые и поплатились за то. Я не хочу быть судьей, но мне кажется, поплатились по заслугам. Единственной чистой и непорочной из всех жертв можно назвать Галину. Она пыталась помешать разворачивающимся событиям, потому что любила Аркадия Петровича. Но она не успела. А если бы успела, то ничего бы не произошло. Я не знаю предысторию, но вы, Виолетта Аркадьевна, однажды решили, что достаточно уже насиделись в заместителях собственного отца, что пора занять его место, но как его сместить, точно не знали. Конечно, в деловых кругах такого уровня довольно обычное явление — убийство, даже отцеубийство, но тому была непреодолимая преграда.