На дальнейшую словесную баталию он оказался не способен. А поэтому со звериным рыком ринулся на противника. И опрокинул бы его не силой, так массой, но Павел довольно проворно шагнул в сторону, пропустив его мимо себя. Серегин звериный рык утонул в ближайшем кустарнике.
Сашка затаила дыхание, потому что понимала, поединок далеко не закончен.
— Я тебя убью! — пообещал Серега и, просунув голову сквозь ветки, с ненавистью посмотрел на противника.
Но Павла ненависть в глазах Сереги, пожалуй, лишь позабавила. Он раскинул руки в стороны и, усмехнувшись, склонил голову в шутливом поклоне:
— Извольте, сударь.
— Вот собака! — выругался Серега и проворно вылез из кустарника.
— А может быть… — закончить фразу Сашка не успела.
Серегино тело вновь пронеслось мимо нее с нарастающей скоростью. Словно им выстрелили из пушки.
Но Павел предпринял тот же маневр: он просто отступил на шаг, и Серега опять пролетел мимо. На этот раз его стремительный полет остановила стена дома, в которую тот вломился со всей своей злой силой, после чего Серега замер на мгновение, постоял так с минуту, покачиваясь и приходя в себя.
За это время Сашка успела испытать противоречивые чувства: с одной стороны, гордость за Павла, с другой — стыд за Серегу. Стыдно ей было, оттого ей вдруг стало его жаль.
«Да что он, драться не умеет?!» — с досадой подумала она. Сейчас ей хотелось, чтобы Серега уж наконец хотя бы натолкнулся на Павла. Сколько можно мимо-то бегать!
Павел стоял все на том же месте, ожидая противника.
Серега в этот момент развернулся от стены и предпринял еще одну попытку схлестнуться в рукопашном бою. Последнюю попытку, потому что в тот миг, когда он практически налетел на Павла всей своей разрушительной массой, тот снова шагнул в сторону, но при этом подставил ему подножку и, подхватив его потерявшее равновесие тело, сильно ударил кулаком в солнечное сплетение. Этим драка и завершилась. Серега скорчился на дорожке, судорожно хватая ртом воздух. Сквозь боль до него начала доходить горечь поражения, и он застонал.
— Я собирался выпить пиво в парке, — Павел улыбнулся вжавшейся в шершавую стену бледной Сашке и протянул к ней руку. — Составишь мне компанию?
— Ага, — неуверенно кивнула та и робко покосилась на Серегу.
Он застонал еще сильнее и зажмурился от избытка чувств.
Ей очень хотелось уйти отсюда, причем как можно быстрее, потому что она понимала, как тяжелы страдания мужчины, который теряет и честь, и любовь одновременно. Конечно, что касается любви… вряд ли Серега любил ее, скорее уж считал своей законной собственностью, как замок, доставшийся в наследство. И тем не менее она не желала продлевать его муки. Пусть придет в себя, времени ему нужно немного. Он настолько самоуверенный тип, что уже через полчаса нарочно забудет об инциденте с Павлом и будет вести себя, как будто ничего и не было.
Глава 13
— Я только переоденусь, — Сашка отворила дверь своей комнаты.
Павел все еще держал ее за руку. Во взгляде его было что-то странное, что-то напоминающее о недавнем поединке, какие-то затухающие и слабо вспыхивающие искры чувств, которые он хотел утопить в притворной нежности, обращенной к ней. Она видела, как он старается изо всех сил скрыть то, что рвется из него наружу. Старается, и, может быть, впервые за все время их знакомства у него это не получается. На краткий миг, пока он еще не совладал с собой окончательно, Сашка успела прикоснуться к его обнаженной мягкой душе, которую он столь тщетно таил под панцирем холодной невозмутимости. И это прикосновение напугало ее. Она не поняла его и осознала, что никогда не поймет. Он другой. Он не такой, как Серега, отец или она сама, словно он и не человек вовсе. Но кто он?
«Тайна, — вспомнилось ей пророчество Ко Си Цина, и она почему-то добавила от себя, — страшная тайна…»
— Вообще, хорошо бы уехать прямо сейчас, — пролепетала она отяжелевшим языком, — очень не хочется еще раз сталкиваться с Серегой.
— С Серегой? — донеслось издалека, прозвучавшее как: «А кто это?»
Она робко повела плечом:
— Тебе понравилось драться с ним?
— Я не дрался с ним…
С этим трудно было спорить. Сашка попятилась в комнату. Павел уверенно шагнул следом за ней.
— И все-таки, лучше бы вам… — Тут она повернула голову и замерла на полуслове.
Комната имела такой вид, словно через нее прошел ураган разрушительной силы: створки шифоньера распахнуты, ящики комода выдвинуты, кровать и та перерыта чьей-то торопливой рукой. На полу вперемешку валялись вещи, подушки, книги и бумаги.