«Будет дождь, — неожиданно подумал он. — Запах хвои усиливается к дождю…»
Сашка взбежала на третий этаж и, завернув в коридор, замерла, переводя дыхание. В трех шагах от нее стоял Павел и улыбался, словно специально дожидался ее тут, рядом с кабинетом отца.
— Ты что здесь делаешь? — шепнула она.
— Я живу на этом этаже, — он указал на дверь своей комнаты, — хотел прибраться за теми, кто у меня все вверх дном перевернул.
— A-а… Хочешь помогу?
— Ты для этого сюда так бежала?
— Нет, — честно призналась она, потому что была твердо уверена: врать ему бесполезно. Он почему-то видит ее насквозь.
— К отцу неслась? — он хотел было пройти мимо нее, но задержался, будто бы ждал чего-то. Чего? Признания, что она идет к отцу выяснить, кто он?
— Паш… — Сашка почувствовала, как щеки наливаются горячей кровью. Во рту у нее пересохло, и она поперхнулась этой сухостью, закашлявшись.
Он шагнул к ней и обнял за плечи:
— Просто живи своей жизнью, — тихо произнес он и коснулся губами ее макушки.
— Но… моя жизнь проходит в этом доме. Моя жизнь тесно переплетена с жизнью моей семьи, моего отца, а теперь и с твоей, я надеюсь.
— Нет.
— Что нет? — она подняла на него удивленные глаза.
Он отрицательно покачал головой, подтверждая сказанное.
Ноги у нее подкосились. Она отстранилась от него, отступила на шаг. Ей стало жарко, даже душно:
— Ну, конечно… Господи, я же просто дура! Я подумала, что раз уж у нас все случилось, то, значит, мы теперь связаны… Конечно же, нет. Конечно же…
Сама того не ожидая, она всхлипнула. Перед глазами поплыл коридор, стены смазались и капнули на кофту теплыми слезинками.
— Сашка! — он шагнул было к ней, но она, быстро скользнув мимо, уже стояла возле двери кабинета.
— Что же это такое… — пробормотала она и быстро вытерла глаза тыльной стороной ладони.
Павел одним прыжком оказался рядом, сгреб ее в охапку и прижал к себе.
— Ты неправильно меня поняла, — его горячий шепот обжег ухо. — Я хотел сказать, что пока не могу быть связан с тобой. Это не значит, что я не хочу этого. Я просто не могу. Пока твой отец… пока…
— Пока что?!
Повисла пауза, которую прервала неожиданно скрипнувшая за ними дверь. Оба они вздрогнули и, испуганно отстранившись друг от друга, повернули головы. На пороге собственного кабинета стоял Аркадий Петрович. Вид у него был крайне недовольный.
— Вы?! — он вскинул бровь, но тут вся грозность с него слетела. Он посмотрел на Павла и растерялся. Неопределенно хмыкнул, махнул рукой и, наконец, совсем сник, отвел взгляд в сторону.
— Я к тебе, собственно… — Сашка уже ничего не понимала. В другие времена отец бы устроил ор на весь дом. Еще бы: его дочку обнимает чужой парень! Да он, как нормальный отец, просто обязан кричать и топать ногами.
«Что же за власть у Павла над папой? Может, он его чем-нибудь шантажирует?»
— Ко мне? — переспросил Мамонов, словно не поверил.
— Ага, — решив больше ничего не объяснять, Сашка быстро прошмыгнула мимо него в кабинет и уселась в кресло.
Аркадий Петрович еще раз глянул на Павла, который пожал плечами, нагло улыбнулся, затем повернулся к хозяину дома спиной и медленно двинулся по коридору.
— Н-да… — Мамонов вернулся в кабинет, закрыл за собой дверь и только тогда посмотрел на дочь.
Ей показалось, что взгляд у него затравленный, как у раненого зверя, чувствующего близость собак, идущих по следу.
Он подошел к ее креслу, сел на подлокотник, обнял дочь и, повернув голову к окну, задумчиво произнес:
— Я могу тебя понять… Павел красив, умен и вообще, есть в нем что-то такое, что притягивает к нему, не так ли?
— Хочешь выяснить, уж не влюбилась ли я? — Сашка усмехнулась и прижалась к отцу, ощутив щекой накрахмаленную гладь его рубашки.
— Он привлекателен и, наверное, для неопытной девочки он вдвойне привлекателен, но…
— Но? — она подняла на него голову, с вызовом глядя снизу вверх. Аркадий Петрович, не отрываясь, смотрел в окно, словно боясь встретиться с ней взглядом.
— Но он не может составить тебе пару.
— Хочешь сказать, что он недостаточно хорош для этого? Даже хуже, чем Серега?
— Серега вовсе не так уж плох.
— Но совсем недавно ты говорил, что он мне не подходит! Что если за десять лет знакомства я так в него и не влюбилась, то и не влюблюсь никогда.
— Я был не прав.
— Папа! — Сашка округлила глаза. — Ты пугаешь меня. Ты никогда не бываешь не прав. Во всяком случае, я на своем веку такого не припомню. Вернее, ты никогда не признавался, что был не прав. Что с тобой происходит, а? Ты заболел?