Выбрать главу

Она ждала.

Где-то в коридоре — выстрел. Ещё один. Крик — короткий, захлебнувшийся. Потом что-то тяжёлое ударилось о стену. И тишина.

Шаги.

Медленные. Ровные. Обычные человеческие шаги.

За стеклом появился силуэт.

Ликвидатор. Обычный ликвидатор — форма, шлем, противогаз, автомат за спиной. Он шёл по коридору спокойно, не торопясь. Красный свет мигал, сирена выла, а он шёл так, будто вышел на прогулку.

Ирина смотрела.

Что-то было не так.

Она не могла понять — что. Форма сидела правильно. Движения нормальные. Руки в перчатках, всё на месте. Обычный человек.

Но.

Он остановился перед стеклом. Повернул голову — медленно, слишком плавно, как стрелка компаса, которая ищет север. Стёкла противогаза смотрели на неё.

Ирина видела своё отражение в них — тёмное, размытое, с жёлтыми точками глаз.

И второе отражение. За своим. Глубже.

Что-то огромное. Что-то чёрное и многослойное, с крыльями, которые не помещались в человеческое тело. Что-то, что смотрело на неё изнутри этого ликвидатора, как смотрят из окна.

Она моргнула.

Отражение исчезло. Остался просто человек в форме.

Но Ирина уже знала.

Она узнала его не глазами — чем-то другим. Тем, что пело вместе с голосами за стеной. Тем, что росло у неё под кожей. Как узнают родственника, которого никогда не видел. Как узнают запах дома, в котором никогда не был, но который всегда был твоим.

Существо подняло руку — обычную руку в перчатке — и положило на стекло.

Стекло лопнуло.

Не разбилось — лопнуло, как мыльный пузырь, как что-то, что притворялось твёрдым и вдруг вспомнило, что это не так. Осколки посыпались внутрь, но ни один не задел Ирину. Как будто обогнули.

Существо стояло в проёме.

Красный свет мигал за его спиной. Обычный ликвидатор. Обычная форма. Только тень на полу была неправильная — слишком большая, слишком угловатая, с чем-то похожим на сложенные крылья.

Оно молчало.

Смотрело на неё сквозь стёкла противогаза. Ждало.

Ирина тоже молчала.

Существо отступило на шаг.

Освободило проход.

***

Ирина стояла на краю.

Перед ней — проём. Осколки стекла на полу, острые, поблёскивающие красным. За проёмом — комната, где сидели учёные. Столы, бумаги, опрокинутый стул. Пусто.

Существо ждало в дверях, ведущих в коридор. Не оборачивалось. Не торопило. Просто стояло, и его неправильная тень лежала на полу, как разлитая тушь.

Ирина сделала шаг.

Стекло хрустнуло под босыми ногами. Не больно — ступни изменились, кожа стала толще, грубее. Она прошла через комнату, мимо столов, мимо разбросанных папок. На одной увидела своё имя: "Волкова И.С., объект наблюдения №..."

Не дочитала.

Коридор встретил её красным светом и запахом.

Кровь. Она знала этот запах — железо и соль. Но теперь чувствовала его иначе, глубже, как будто он рассказывал историю. Страх. Боль. Конец.

Тела лежали вдоль стен.

Учёные. Те, которые убежали. Те, которые перешагнули через упавшего коллегу. Теперь они сами лежали на полу — сломанные, неподвижные, с лицами, застывшими в крике.

Ирина остановилась.

Она должна была что-то почувствовать. Ужас. Отвращение. Жалость. Они были людьми. Они делали свою работу. Они боялись её, но ведь было чего бояться — она сама себя боялась, пока не перестала.

Ничего.

Она смотрела на тела, как смотрят на мебель. Как смотрят на что-то, что больше не имеет значения. Человеческая часть внутри шевельнулась, попыталась возразить — и затихла. Слишком слабая. Слишком далёкая.

Существо стояло в конце коридора. Ждало.

Ирина пошла к нему.

Переступала через тела. Не обходила — переступала. Ноги несли её сами, и каждый шаг давался легче предыдущего. Как будто она сбрасывала что-то тяжёлое. Как будто просыпалась после долгого, вязкого сна.

Она поравнялась с существом.

Оно не посмотрело на неё. Просто развернулось и пошло дальше по коридору.

Ирина пошла следом.

Мимо дверей с номерами. Мимо пожарных щитов. Мимо тел — их становилось меньше, потом не стало совсем. Красные лампы мигали, сирена выла где-то далеко, но здесь, рядом с существом, было тихо.

Оно знало дорогу. Она не спрашивала — куда.

Знала и так.

***

Гермодверь открылась, и Ирина вышла в Дом.

Здесь не было красных ламп. Не было сирены. Обычный коридор — серый бетон, жёлтый свет, трубы под потолком. Где-то капала вода. Пахло сыростью и чем-то варёным, столовским.

Обычная жизнь.

Женщина с авоськой шла навстречу. Увидела Ирину — и застыла. Авоська выпала из рук, банки покатились по полу. Женщина открыла рот, но звука не вышло. Только хрип.