Убиен оттащил Уилла от сети, оставляя след на песке, что напомнило Брендану о том, как совсем недавно они вместе с маленькой Элеонорой делали песчаных ангелов.
– Я хочу справедливого боя! – настаивал Уилл.
Убиен отпустил его, оставив лежать на песке. Пилот завертелся, пытаясь встать, но его ноги и руки были слишком крепко связаны, и единственной подвижной частью его тела были колени.
– Развяжи меня и дай мне меч! Или ты не настоящий мужчина?
В ответ Убиен продолжал просто стоять и смотреть на барахтающегося пилота.
– Я так и думал, – сказал Уилл. – Ты испугался, что я отправлю тебя на дно морское!
– Так же как и моего брата? – тихо произнес Убиен.
Уилл замер.
– Твой брат? Что, черт возьми, ты…
Убиен выхватил меч и, подцепив концом лезвия подбородок Уилла, приподнял его, чтобы посмотреть ему в глаза.
– Капитан… Сэнгрэй, – медленно сказал Убиен.
– Ох-х-х-х… – вырвалось в ответ у Уилла.
Варвары из числа приспешников Убиена вместе с детьми молча смотрели на ошарашенного Уилла, но никто не был так испуган, как Корделия. Она видела, с какой силой упирается меч в горло пилота, и прекрасно понимала, что одно быстрое движение руки разгневанного варвара – и Уилл бездвижно рухнет на песок, и для него настанет темнота. Она уже потеряла родителей и не могла вдобавок потерять его.
«Проси прощения, тупица! Проси прощения и моли о милосердии!» – повторяла про себя Корделия.
– Я должен был догадаться, – с усмешкой сказал Уилл.
«О, нет!» – подумала она.
– Замолчи, Уилл! – крикнула она ему.
Но он продолжал:
– Такое же неуклюжее тельце, такое же противное лицо, которое может любить только мать…
– Прекрати! – кричала Корделия.
Но Уилл ухмылялся в лицо Убиену.
– О, точно. Ты наверняка никогда не знал своей мамочки. Она работала в…
Уилл надавил мечом на горло Уилла, и капли крови потекли из открывшейся раны, падая в песок.
– М-м-м-м! – вырвался сдавленный стон из горла Уилла, который понимал, что сейчас говорить нельзя, иначе он немедленно окажется на том свете. Поддавшись чувствам, он не подумал о возможных последствиях. Напугавший этих неотесанных и злых варваров там, в лесу, своим револьвером, теперь он сам трепетал в страхе перед открывшейся незавидной перспективой смерти от руки бездушного дикаря. Но острая боль прояснила мысли в его голове и заставила взглянуть на ситуацию иначе.
– Ты когда-нибудь в детстве разрывал на части паука? – спросил Убиен.
Уилл слегка покачал головой, несмотря на то что даже от такого осторожного движения рана стала только больше.
– А я рвал их. Больших волосатых пауков-волков. И с каждым я особенно любил этот момент, когда я держал первую ногу… прямо вот здесь.
Убиен сделал движение рукой. Уилл хотел воспользоваться моментом и рвануться в сторону, но если бы он сделал это, лезвие рассекло бы его горло на части.
– Когда я отрывал первую ногу, я всегда слышал голос в своей голове: «Ты не должен причинять боль паукам. Что он мог сделать тебе?» Это была проверка силы. Я игнорировал этот голос и… – Убиен снова произвел движение рукой, – отрывал еще одну ногу. Скоро я уже не убивал пауков. Я убивал голос слабости.
– Пожалуйста! Отпусти его! – взмолилась Корделия.
Убиен кивнул Крому, который немедленно пнул ее ногой в грудь, отчего Корделия упала навзничь под железной сеткой, чувствуя себя так, словно из нее выкачали весь воздух.
– Моя королева просила доставить ей твоих друзей живыми, – сказал Убиен, – но она не давала никаких распоряжений относительно тебя, мистер Дрейпер. И ты убил моего брата.
Перед Уиллом с ошеломительной скоростью стала проносится вся его жизнь. Он видел Пенелопу, Корделию, войну, своих товарищей, тренировочное поле, где проходили военные учения, но дальше этих воспоминаний его память тускнела, и все останавливалось.
«Я вообще человек? – думал он. – У меня нет ни матери, ни отца… Если я умру, кто это заметит?»
Но затем он осознал… троим настоящим людям будет не все равно, если он умрет. А одна из них, возможно, станет печалиться больше других. Он посмотрел налево прямо в глаза Корделии.
– Утоли свою жажду крови, – произнес Уилл. – Если мои друзья останутся в живых хотя бы на еще один день благодаря этому. Я дал обещание защищать их.
Убиен улыбнулся и с удовлетворением убрал свой меч от шеи Уилла. Он сделал это так, будто собирался положить его в ножны…
Но следом одним резким движением он ударил Уилла в спину.
Уилл рухнул на песчаный берег.
– Уилл! – закричала Корделия не в силах вырваться из-под железной сети.