Убиен вытер окровавленное лезвие меча о штаны пилота и отошел от него, оставив истекать кровью.
68
Дети еще долго кричали и не могли успокоиться. Их крики не затихли, даже когда Убиен оттащил тело Уилла к воде и бросил его в море. Они кричали и тогда, когда Транкебар получил свою награду – тачку, заполненную слитками золота. Первый помощник приказал команде поднимать паруса, «Морэй» отплывал в ночь в новое путешествие.
В это время Кром вместе с другими воинами подошел к детям с повозкой.
– Что это такое? – спросила Элеонора. – Это для нас?
Повозка была старой и полной лежалого сена, вокруг которого роились мухи. Воины оставили повозку на пристани и, вытащив детей из-под сети, одного за другим бросили на телегу.
– Помогите! – закричал Брендан.
– Отпустите нас! – голосила Элеонора.
Одна только Корделия не сопротивлялась и не звала на помощь. В молчании она продолжала видеть, как Уилл умирает. И продолжала слышать страшную тишину этого момента. Она знала, что там должно было что-то звучать… но она не могла больше этого слышать и не могла говорить.
– Свяжите их так, чтобы их скрутило от боли! – приказал воинам Кром.
Воины послушно связали детей, соревнуясь друг с другом в каком-то диком угаре. Запястья и щиколотки детей были обвязаны веревкой, спиралевидно закрученной вокруг их рук и ног.
Кром установил на повозку железную клетку, достаточно надежную для того, чтобы лишить детей какого-либо шанса на побег, вместе с другими воинами он стал толкать повозку по пристани. Убиен с Транкебаром отправились вместе на корабль. Находясь в своем заточении, Брендан крикнул Крому из клетки:
– Эй, как долго мы будем здесь заперты?
– Пока мы не окажемся в замке Корроуэй и королева Дафна не встретится с вами. Два дня.
– Два дня? – взволнованно произнесла Элеонора. – Но как же нам ходить по нужде?
– Для этого здесь есть сено! – хихикнул в ответ Кром.
Остальные воины рассмеялись вместе с ним.
– Я ни за что не буду ходить по-маленькому перед братом, – заявила Элеонора. – Я буду терпеть.
– Как хочешь, – сказал Кром. – Это вредно для почек.
– А как насчет еды? – спросил Брендан.
– Мы будет забивать коз на пути, – говорил Кром. – Мясо мы будем готовить для себя. А вы сможете насладиться почками, кишками и оставшимися свежими потрохами.
В конце пристани воины остановились и впрягли в повозку лошадь. Затем, оседлав своих коней, отряд отправился в путь.
Такое зрелище заставило затихнуть намертво и без того мирный городок Тинц. Бряцающее и сверкающее оружие Крома и остальных воинов говорило наблюдателям о том, что грозит каждому осмелившемуся приблизиться к клетке с детьми, запертыми, очевидно, против своей воли. Сначала Брендан с Элеонорой звали на помощь (Корделия все еще находилась в оцепенении от пережитого шока), но после того как Кром несколько раз стукнул их древком своего топора, они стихли.
– Что же нам делать? – шепотом спросила Элеонора.
Она не могла видеть лица брата, поскольку они были привязаны спина к спине, но его учащенное дыхание, говорящее о силе его гнева, давало маленькой Элеоноре надежду.
– Перевернись, – сказал он. – Мне нужно выглянуть отсюда.
Элеонора отодвинулась и развернулась прямо в кучу сена, соломины которого укололи ее в нос, так что она взвизгнула от неожиданности. Корделия также ткнулась лицом в сено, но не издала ни звука. Таким образом Брендан мог видеть через прутья клетки то, что происходит вокруг. И как раз вовремя, потому что они пересекали базар.
– Где же ты, где же ты? – бормотал себе под нос Брендан.
– Кто? – наконец спросила Корделия.
– Делия! Ты снова разговариваешь! – обрадовалась Элеонора.
– Мне нужно знать, кого пытается разглядеть Брендан, – сказала Корделия.
– Честно? Девушку, которую встретил.
– Девушку? – удивилась Элеонора. – Тебе нравится какая-то девушка?
– Ну… – произнес Брендан. – Я больше заинтересован в том, спасет ли она нас. Корделия, ты помнишь Селин из «Диких воителей»?
– Конечно, она умная и смелая, – сказала Корделия. – Давайте постараемся, чтобы ее не убили тоже.
– Закройте свои варежки! – крикнул им через решетку Кром.
Селин стояла на базаре, наблюдая за повозкой с клеткой в таком же недоумении, как и все остальные горожане, многие из которых выглядели как бойцы Сопротивления. Казалось, она удивилась еще больше, когда узнала Брендана, заключенного в клетку, который сказал беззвучно одними губами в полном отчаянии: «Помоги нам!»
69