– Ложись! – раздался приказ Уилла, и дети тут же послушались. Каюту огласил голос пилота: – Inter cinis crescere fortissimi flammis!
Громадный шар огня с ревом пролетел из угла каюты и обрушился на толпу скелетов.
Эта была впечатляющая огненная сфера размером с небольшую машину, обжегшая вжавшимся в пол Брендану и Корделии руки и спину. Шар расправился с толпой скелетов так, словно они были кеглями в боулинге. Достигнув противоположной стены каюты, он растворился, оставив только воронку обуглившегося дерева.
В течение последовавшей секунды тишины пол каюты был усыпан дымящимися костями, но затем они стали вновь собираться в скелеты и тут же браться за оружие.
Уилл засунул в карман несколько свитков с заклинаниями и, взяв саблю, направился вместе с детьми к выбитому окну.
– Им нужны мы, потому что мы ели их еду! – сказала Корделия. – Уходите, мы сами разберемся с ними.
– Нет, – не согласился Уилл. – Если я – капитан, то я должен заботиться о своих помощниках.
Он высунулся в окно и увидел выступ, на котором можно было устоять.
Указав на него Корделии, он произнес:
– Дамы вперед.
Корделия выбралась через окно каюты и встала на выступ. От морских брызг у нее на мгновение перехватило дыхание, а шум волн и крик птиц вызвали головокружение. На улице по-прежнему была ночь, и от этой темноты Корделии становилось еще страшней. Но она оставалась невозмутимой и задержалась взглядом на корме «Морэя».
Корделия оказалась в луче света, и ей пришлось пробраться вдоль освещенной части кормы корабля, держась руками за стену, чтобы избежать случайного взгляда какого-нибудь блудного пирата.
Следом за Корделией шли Брендан и Элеонора, и замыкал их группу Уилл, держащий наготове саблю на случай, если кто-то из скелетов бросится за ними вдогонку.
– Что мы делаем? – спросила Элеонора.
– У меня есть отличный план, – ответил Брендан, кивая в сторону абордажных веревок, которыми «Морэй» был связан с Домом Кристоффа.
– Но чтобы он сработал, мы должны перебраться по веревкам и успеть сделать это до наступления рассвета.
Корделия посмотрела на горизонт. Слабый розоватый отсвет медленно проникал в черную смоль, накрывшую небо. Она с трудом осознавала, что солнце всходит из-за горизонта, как и в любой обычный день.
– Я думала, что не увижу больше дневного света! – призналась она брату, пока они осторожно двигались по выступу.
– Возможно, это последний раз, – ответил Брендан, указывая на скелетов, которые выбирались по одному из окна и следовали прямо за ними.
Один из преследователей попытался ускориться, но не удержался и рухнул в воду. Поняв, что лучше перемещаться иначе, остальные скелеты опустились на четвереньки и, держа в зубах свое оружие, продолжали двигаться ползком.
– Хватайтесь за веревку, – скомандовал Брендан, как только они достигли канатов, перекинутых с судна к дому.
Покачав головой, Корделия сказала:
– Я не смогу, у меня болит рука, так что я даже карандаш удержать не в состоянии.
– Используй только одну руку, я тебе помогу, – ответил Брендан.
Как только Корделия схватилась за веревку, Брендан, удерживаясь за металлический болт корабля, подсадил ее, чтобы она могла перекинуть ноги и начать перемещаться к дому. Корделия рассмеялась, когда поползла по веревке, таким образом она невольно подбадривала саму себя, не обращая внимания на боль в руке.
Брендан дождался Элеонору, следом за нею шел Уилл, за спиной которого виднелись приближающиеся к ним, хищно похрустывающие суставами скелеты.
– Я не смогу! – воскликнула Элеонора, кивая на свое перевязанное плечо.
– Я знаю, – ответил Брендан.
Схватившись за веревку, он предложил Элеоноре обхватить его спину и таким образом добраться до дома. Элеонора обняла брата одной рукой за шею, а ногами зацепилась за его живот.
– Все на борту?
Брендан начал двигаться вперед над холодным утренним морем. Замыкал их цепочку Уилл, которому пришлось перебороть вспыхнувшую в раненом плече боль, прежде чем начать перемещаться по веревке. Буквально через несколько секунд главарь скелетов с почерневшим после встречи с огненным шаром черепом воткнул свой меч в то место, где только что стоял Уилл.
Элеонора, закрыв глаза, продолжала держаться за брата как маленькая коала. Они неотступно следовали за старшей сестрой Корделией. Веревка, по которой они перемещались, под их весом опустилась почти к самым волнам.