Он замолчал, а я задумалась, переваривая услышанное. Пока переваривала, он открыл холодильник и начал доставать продукты. Удивительно, но Итон умеет готовить. Конечно же, он делает это по своему и странные блюда, которые на удивление вкусны. Иногда он готовит и даже кое-чему научился у меня. Прелесть, правда?
— А что такое Пояс? — спросила, собирая со стола бумажки и тетрадки с записями.
Попутно делая заметку в голове, что пора бы кабинет обустроить, а то кабинетом стала кухня, а обеденный стол рабочим. Скоро тарелку некуда ставить будет.
Он остановился у острова и задумчиво уставился в окно. Видимо понятие весьма обширное … сложное.
— Скажем так, это аномалия Землиара. Она присутствует на территориях многих государств. Природа ее изучается. Оттуда на соседствующие с ней земли приходят существа, способные навредить живым. Ты так и не смотрела те книги?
— Нет.
— Давай посмотрим. Там ты сможешь найти некоторые ответы, — сказал это и вышел из кухни.
Я прислушалась к его шагам. Как можно ходить так неслышно, когда ты такой большой? Прислушиваясь к тишине Дома, я подскочила чуть ли не до потолка, когда зазвонил телефон. Взглянув на экран, я мысленно застонала. Мама.
Вдохнув глубоко я потянула за зеленый значок.
— Алло.
— Почему ты не сказала мне, что бросила Максюшу? — вместо приветствия начала она.
— Привет, мам.
— Зачем ты это сделала? Ты головой ударилась? Чтобы он не сделал, бери вещи и возвращайся.
— Мама.
Удивительно, но я не ожидала от нее никакой другой реакции. Поэтому лишь устало отвела трубку телефона от уха. И даже тогда слышала ее голос. Мало сказать, что Максим ей нравился, она искренне считала, что я вытянула счастливый билет, начав отношения с ним. Как она говорила, такого как он, она всю жизнь искала, а вот повезло мне. Поэтому она всегда старалась помирить нас, всегда была на его стороне. Лишь бы не ушел. И он не ушел, он меня выгнал. Я не подходящая к картинке его успешной и счастливой жизни. Слишком домашняя, слишком обычная — его слова, не мои.
— Что мама? Что мама? Такой мужик! При деньгах и работе хорошей. Карьеру вон строил, ты как сыр в масле каталась. Что за блажь? Собирай чемодан и возвращайся!
— Кто тебе сказал? — спросила я, с трудом преодолевая зарождающееся раздражение.
— Наташенька к маме приезжала. Хочешь, я ему позвоню? Давай позвоню? Поговорю с ним, и он примет тебя обратно. Запишешься в спортзал и быстро скинешь свои килограммы. Ведь Максюше надо нравиться!!
— Мам, ты, чья мать? Его или моя?
— Твоя конечно. Просто девочка моя, я хочу, чтобы ты была счастлива. Ну что тебе стоит похудеть? Ну, он же прав.
— Мам, прекрати. Я живу с другим человеком, — не знаю, кто дергал меня за язык, но в трубке гробовая тишина, а перед глазами на стол опускается книга.
Итон смотрит на меня своим прозрачным, ничего не выражающим взглядом. Садиться рядом за стол, пододвигает ближе к себе книгу и молча ее открывает.
Иногда маленькие детки играют в прятки. Они искренне считают, что если закроют глаза, то никто их не увидит. Может быть, оттуда наше желание уже во взрослой жизни закрыть глаза и ничего не видеть. Затаенная и заветная мечта о такой магии, что решит все проблемы? Вот и я сейчас закрыла глаза, предрекая для себя бурю.
— Как? — мама в рекордные сроки отошла от шока, — Почему? Кто он? А как же Максюша? Ты бросила моего мальчика ради неизвестно кого?
— Неизвестно для тебя мама. Я не бросала Максима, он бросил.