– Секундочку, – отвечает он, не отрываясь от своего занятия. – Еще один штрих. Самую малость. Ух, как же у меня внутри все полыхает. Буквы так и прыгают!
– Дом разрешает рисовать на стенах? – удивляюсь я.
– Еще бы! Я же художник. Здесь таких любят. Разве не видишь? Тут картина, там картина. А я чем хуже?
– Не знаю. Может, тем, что ты еще жив? Дом таких не любит.
– Я живой всего лишь наполовину.
Майки закончил выводить последний символ, затем откинул в сторону кисть, которая через мгновение исчезла в воздухе.
– Ну так что за дело, Колин?
Я протянул ладонь, и в ней материализовалась маленькая колбочка со слезами. Майки с любопытством приблизил пунцовое лицо к моей руке.
– Эти слёзы с огоньком, – говорю я. – Десять капель.
– Десять капель?! Да ты спятил, чувак!
– Целый месяц копил.
– Нужно их с умом потратить, – заволновался Майки. – Это же реально билет в один конец! А что, кстати, за воспоминания? Кайфовые?
– Там много боли.
– Круто! Болевой аттракцион!
– Я не хочу, чтобы ты их пил, Майки. Это может плохо для тебя закончится.
– Посмотри в какой мы дыре, брат! – воскликнул Майки. – Все плохое с нами уже случилось. Что ты хочешь взамен этих слёз? Хочешь я грохну Винсента?
Я задумался на секунду, наблюдая за тем, как он впился жадным взглядом в колбу со слезами. Заманчивое предложение, но есть один нюанс.
– У тебя не получится, – говорю я. – Но ты можешь помочь кое‑чем другим. Ты ведь живешь здесь уже три месяца. Знаешь каких‑нибудь плохих ребят?
– Ну да, – задумался Майки. – Живет тут один. Уникальный тип. Я как‑то попробовал его слезы на вкус и чуть не поперхнулся. Та еще гадость.
– Что за человек? На каком этаже живет?
– Да не человек он. Настоящий монстр. Маньяк и убийца. Живет на семьдесят пятом этаже. Из комнат время от времени доносятся крики и предсмертные всхлипы, аж стены дрожат. Это дом так впадает в эйфорию. Наслаждается, блин, чужими страданиями.
– Все понятно. Поможешь мне с этим монстром? Хочу отвлечь Винсента, чтобы проникнуть в одно место…
Майки улыбнулся, злоба зажглась в его темных зрачках.
– Конечно помогу, брат! – весело отозвался он. – Но мы его не сможем убить. Он должен обратиться в монстра буквально на днях.
– Я и не хочу убивать. Всего лишь отвлечь Винсента. Думаю, дом будет в огненном восторге.
– Не знаю, брат…
– Да это я иронизирую. Конечно, дому будет очень больно. Но мы ведь ни при чем? Просто дали слёзы.
– А‑а‑а. Просто дали… Ну ты соображаешь! – До Майки наконец дошло. – Действительно, мы вообще мимо проходили.
– Тогда перемещаемся сейчас?
– Секундочку! Я кое‑что захвачу. Подожди меня, никуда не уходи.
Иногда я думаю, что Майки в космос полетит, стоит ему указать пальцем на лунный модуль. У всех есть такие знакомые… Ладно, таких, как Майки, нет ни у кого. Хотя я не желаю, чтобы вы думали, будто он «не‑такой‑как‑все». Он обыкновенный, простой. И в этом его главная прелесть. Спустя минуту Майки вернулся, держа в руках деревянную подставку размером со средневековый щит.
– Что ты притащил?
– Это, друг мой, называется мольбертом. Безмолвный друг художника.
– И зачем он нам? Ты что, собрался рисовать портрет нашего монстра?
– Я не делаю портреты, я разукрашиваю жителей в их домах.
– Чего?
– Ничего. Просто выкинь из головы. Ты не художник, тебе не понять мои мотивы.
Я заметил, что Майки с трудом пытается скрыть раздражение.
– Как скажешь. Главное не задерживаться. Ты ведь знаком с этим монстром? Он опасен?
– Разумеется знаком, – ответил Майки. – У него внутри сидит маленький ребенок и переодевается в женские наряды. Я тебе на полном серьезе говорю, он странный. Ему, кстати, тридцать два года.
– Маленький ребенок?
– Верно. Маленький ребенок, который любит купаться в чужой крови. В общем, сам все увидишь.
– А что насчет слёз? Думаешь, ему хватит десяти капель?
– Разумеется! – рассмеялся Майки. – Нашел, что спросить.
– А тебе понравились те слёзы, которые я тебе дал на пробу неделю назад?
– Не то слово. Приятель, твои слезы… это же ростки хаоса. Убойная вещь! Подкидывает так, что неделю не встанешь. Представить даже не могу, на что способны десять капель…
– Скоро мы это узнаем.
– Как же классно… Мы как будто в фильме про двух приятелей. Идём разбираться с маньяком в темном и страшном доме, приняв все тяготы и вызовы судьбы.