«Ты что, не‑такой‑как‑все? Считаешь себя уникальным? Да ты просто слишком много о себе возомнил! Пытаешься выделиться, как самовлюбленный павлин! Нет в тебе ничего уникального.» Знакомо? Я подобное пренебрежение слышал в свой адрес от каждого второго. Почему так происходит? Потому что общество просто терпеть не может неудобных людей. Если какой‑то индивид выбивается из системы, он сразу же попадает в мир слез.
– Знаешь, Колин…я полностью согласна с этими мыслями. Прости, что без разрешения лезу в твою голову, это выходит неосознанно, – Поли повернулась ко мне и доверительно посмотрела в глаза. – Наверное, между нами образовалась связь.
– Ну да, мы ведь с тобой общаемся.
– Нет, я о другом. В мире мертвых все друг с другом связаны нитями маны. И таким образом один человек может передавать другому свои чувства и мысли на огромные расстояния. Я ощущаю, что у нас проявилось нечто похожее. Слабое, но все‑таки…
– Вот это да! – восхищенно сказал я. – Значит тебе нужно будет научить меня пользоваться маной. Я тоже хочу читать твои мысли.
Поли скромно улыбнулась.
– Если бы я только сама умела ей владеть в совершенстве.
– Тогда бы ты победила Виктора Бормана?
– Возможно, – Поли задумчиво улыбнулась. – И заняла бы его место.
– Да. Это достаточно коварно.
– Но недостаточно коварно для женщины, – пошутила она. – Ты бы смог подчиняться мне? Воспринимать, как лидера?
– Думаю, что да, – немного подумав, ответил я. – Вообще, все мужчины и так подчиняются женщинам. Просто последние умело маскируют свое влияние.
– А некоторые и не стараются маскировать. Взять хоть Сью Мейден.
– Это уже домашнее насилие, и оно весьма симметрично. Зависит скорее от темперамента, чем от половой принадлежности.
– Ты, наверное, неплохо разбираешься в человеческой психологии, – заметила Поли. – Несмотря на свой возраст, что очень удивительно.
– Сейчас дети развиваются гораздо быстрее. Слишком много информации проходит через них. В общем, не хочу оправдывать свой возраст. Да, я читал популярные книги по психологии, чтобы понять, что конкретно со мной не так. Почему меня не принимают люди. Может быть ошибка в моем поведении?
– И как, удалось найти разгадку?
– Конкретного ответа нет, – немного подумав, ответил я. – В книгах советовали менять окружение, чтобы найти своих людей. Но как его помять, когда ты живешь в маленьком городе с одной единственной школой? И в этом городе у папы стабильная работа, у мамы друзья в этом дурацком родительском комитете, где ее уважают и ценят. Родители бы никогда не согласились уехать в другое место. Они давно нашли себя в жизни. А я…ну да, я жду своей участи в доме слёз.
– Я считаю, что мы с тобой очень похожи в этом плане, – сказала Поли. – И общество монстров нам не подходит, и мир людей. Мы где‑то посередине, ни туда ни сюда.
– Поэтому между нами и образовалась связь, – предположил я. – А что? Звучит весьма логично.
– Согласна.
– Ну так что, когда создадим свою рок группу?
– Когда выберемся из дома слёз.
– Заметано!
Поли открыла маленькую колбочку со слезами, выпила половину содержимого, после чего предложила мне допить остатки.
– Вдвоем будет не так противно, – сказала она. – В голове моего…любимого брата.
– Интересно, что мы там найдем? – переспросил я.
– Не знаю. Ну не убивать же мы его будем, – ответила Поли. – Смерть Бланки в любом случае настигнет. А в мире мертвых им займется Гален Мейден. Персонаж гораздо страшнее меня и Виктора Бормана.
– Страшнее Виктора? Кто такой этот Гален Мейден?
– Ледяной призрак мертвого мира. Он чуть его не уничтожил, – объяснила Поли. – Но мой отец ему помешал.
– Можно было догадаться, что твой отец непростой парень, – я слегка усмехнулся. – Тогда твоему брату предстоит еще и встреча с ним. Не думаю, что Юрген Лаос будет в восторге.
– Тоже так думаю, – согласилась Поли. – Давай, пей быстрее. Время внутри воспоминай течет быстрее. Нас может застукать Винсент. Защиту я поставить не смогу, так как моя мана будет сконцентрирована в сознании Бланки.
– Хорошо.
Холодные слезы стекают по языку, отдавая противной горечью. Картина Ван Гога рушится, и мы перемещаемся в две тысячи шестнадцатый год. Город Хот‑Спрингс. Маленький пятиэтажный дом. Первый этаж. Маленькая комната. Двойная кровать, придвинутая к стене. Пыльное одеяло, прячущее мягкий комок жизни под названием Бланки Мейден. Под кроватью лежат журналы с обнаженными женщинами. На прикроватной тумбочке покоятся зеленые маленькие солдатики с оторванными головами. Надо же, прошло пятнадцать лет после исчезновения Поли, а он все не наигрался.