Лила подняла руки жестом: сдаюсь, сдаюсь.
— Ну что, опыт можно считать удавшимся?
— Более чем, — Лисса удовлетворённо откинулась на спинку стула и погладила приятно округлившийся животик.
— Можно начинать следующий эксперимент на тему: где здесь можно перекусить и при этом не разориться?
— Я вообще-то думала, что завтра мы ужинаем у меня? — Лисса вопросительно приподняла брови. Она всерьёз и не надеялась накормить подружку улитками, но поддразнить была не прочь.
— На самом деле, — та ответила неожиданно серьёзно. — Я хотела попросить тебя составить мне компанию. В баре нужно потолкаться, а никого из названных сестёр я брать с собой не хочу и одной идти как-то… В общем, одной мне надоело и не так уж это и весело.
Лисса хотела было отказаться, тащиться на ночь глядя в город, потом несколько часов тереться в толпе незнакомых и обычно не слишком приятных людей, то и дело отклоняя недвусмысленные предложения. Но потом ей почему-то вспомнилось, как мама с жалостливым ужасом глядела на неё: «Лисска, как ты умудрилась к двадцати пяти годам превратиться в старую перечницу?!» и она, согласилась.
— Заодно и улиток своих туда притащу, будет хоть чем выпивку закусывать, а то эти ваши резанные соломкой овощи, это не серьёзно.
Лило представила, как это будет выглядеть со стороны, мысленно содрогнулась, а потом так же мысленно плюнула на всё: может, оно и неплохо, заодно сразу все закомплексованные придурки отсеются.
Глава 9. В которой девушки выходят на променад
С чего начинается вечер в клубе? Для кого как, а для девушек он обычно начинается со сборов перед зеркалом, выбора одежды и косметики. И очень часто оказывается, что подготовка была одной из самых приятных частей вечера. Впрочем, Лило пришла в Дом со Скрипом уже полностью одетой и даже чуть подкрашенной, хотя зачем ей это с её внешностью Лиссандре было не понятно.
Косметики из дома Лисса привезла не слишком много и хорошо хоть вообще что-то догадалась захватить. Нет, Лило предлагала распотрошить свои запасы, но что подходит смуглокожей байхи, то совершенно не годится для блондинистой йокси.
— Всю жизнь думала, что тушь для ресниц бывает только чёрная, — проговорила Лило, с интересом наблюдая, как подруга, посомневавшись, берётся за светло-коричневую подводку. Упомянутая выше тушь уже лежала наготове.
— У нас даже зелёную выпускают. Но это для экстремалок и так, побаловаться. А на самом деле тут всё строго индивидуально и если меня накрасить чёрной тушью или ещё, не дай Предвечные ещё и чёрную подводку сделать, я буду выглядеть размалёванной. Дешёвкой. Зато мне идут розовые не только кофточки, но и тени, а моей ярко-рыжей они же сестрице придают болезненный вид.
— Розовыми тенями вообще нельзя краситься, это же не помада!
— Миф! Один из многочисленных мифов мира моды.
— Это, например, каких?
Лило взяла со столика серёжку — тонкий металлический диск, покрытый цветным эмалевым узором и приложила его к собственному уху. А ничего, ей идёт.
— Это, например, что высокий каблук зрительно удлиняет ноги.
— И что не так? Всё верно, на себе проверяла.
— В большинстве случаев действительно так, — Лисса ещё раз провела щёточкой туши по ресницам и отстранилась, посмотреть на результат. — А вот полненькая девушка взобравшаяся на неимоверной высоты каблук будет выглядеть не более стройной и длинноногой, а взлетающим к небу шариком.
Лило даже не захихикала — засмеялась в голос.
— Злобно. Но наблюдение верное, согласна.
— Ещё бы. У нас с Институте Искусств даже спецкурс такой был, необязательный к посещению, но по-моему ни одна девушка за всю историю нашего учебного заведения не пропустила его. Посвящался нательной росписи во всех видах, а так же зрительным эффектам, которых можно добиться при помощи разнообразных не посторонних предметов.
— А ты этим не пользуешься? А почему?
— Пользуюсь, — Лисса, подчёркивая весомость своего высказывания, воздела вверх карандаш, которым наносила лёгкие линии на свои скулы и тут же растушёвывала их. — Вот прямо сейчас, раз уж тебе пришла в голову мысль гульнуть.
— А постоянно?
— Сама себе я нравлюсь в натуральном виде, и нет никого такого, чтобы я его любила больше, чем себя и себя же переделывала под чужие вкусы.
Лило, которая не просто предавалась лёгкому трёпу, а действительно слушала подругу неожиданно серьёзно заключила:
— Мудро.