Лисса в своей лени и пренебрежении к чужому мнению особой мудрости не усматривала, однако спорить не стала. Она встряхнула стянутыми в небрежный узел волосами, проверяя, не распадётся ли он и не вывалится ли посторонний локон. Расправила единственно «приличное» платье, которое захватила из дома, одинаково годное и на вечеринку и на приём к городскому мэру, повязала вокруг бёдер цветастый платок, одолженный Лило и провозгласила:
— Всё, я готова.
Что нужно сделать человеку, когда у него не получается то, чем он в данное время занят? Правильно, переключиться на что-то другое. Отдохнуть, расслабиться. В конце концов, пообщаться на ничего не имеющие общего с работой темы.
Но Кайрен не был бы самим собой, если бы не нашёл ещё несколько, чисто практических поводов для похода в клуб. К примеру, это прекрасная возможность погрузиться в атмосферу города, почувствовать ритм местной жизни и, может быть с кем-нибудь познакомиться. Видит небо, новые лица в его окружении Кайрену бы очень не помешали. И к выбору места отдохновения он подошёл ответственно: ему нужно было достаточно респектабельное заведение, где не зазорно было появиться и представителю семейства Ши и в то же время такое, которое посещает молодёжь, а не люди солидного возраста. Последние его уже успели здорово утомить, сам, в свои неполные тридцать начал чувствовать себя стариком.
Может быть это и не самый лучший способ завязать неформальные знакомства с местными жителями, но ничего иного Кайрену просто в голову не пришло. Подзаржавели в последнее время его социальные навыки. Не на улице же к прохожим приставать, это для совсем уж убогих, а здесь вроде бы публика для того и собирается, чтобы пообщаться.
Трио музыкантов на крошечной сцене над баром лихо перевирало популярные мелодии. В полутёмном баре витал дымок от травы. Нет, не наркотической, просто какой-то расслабляющий и тонизирующий состав. И опять же нет, не одновременно, кто-то курил одно, кто-то другое но тонкий нюх чистокровного римана различал все оттенки и страдал от собственной чувствительности. Но выбор коктейлей был обнадёживающим, а молоденьких-хорошеньких девушек, которые не прочь завязать лёгкое знакомство имелось предостаточно. Их тут было даже чуть больше, чем стремящихся выглядеть незаинтересованными парней.
А потом взгляд сам собой зацепился за светлую макушку. Иностранка — байхи такими беленькими не бывают, и вроде бы даже он видел её где-то в городе. И это даже неплохо. Коллега иностранец (или иностранка, что в данном случае несущественно), которому тоже приходится выживать, приспосабливаться и подстраиваться под местные обычаи, может стать интересным собеседником. Гораздо более интересным, чем байхи, которые не в состоянии уяснить, что же тебе в их жизни кажется странным и неправильным.
Девушка, насколько он мог рассмотреть с высоты своего роста, была не одна, но с нею за столиком сидел не кавалер, сидела ещё одна девушка, из местных, и это тоже был большой плюс. Ведь две же всегда лучше, чем одна, не правда ли? Тем более, что одному конкуренту уже не повезло, вон с каким ошарашенным видом отходит от их столика. Кайрена охватил азарт хищника, вышедшего на след добычи и он, мягко ступая, возник перед столиком намеченных «жертв».
— Девушки позволят угостить их напитками?
Он наконец, получил возможность рассмотреть тех, к кому подошёл. Красавицы. Обе. Но эту блондинку он точно не видел — не смог бы он её не пропустить, ни забыть. Сияющие солнечными бликами волосы, это скульптурной лепки лицо, эти чётко очерченные, надменно поджатые губы, яркие глаза, которые на миг скрылись за опущенными ресницами…
Поначалу Лисса не столько не заметила подошедшего к ним мужчину, сколько не увидела его. Тёмный бар, чернокожий мужчина, одетый во что-то консервативно-неброское. Скажите, как одно пятно мрака можно различить на другом? Только когда оно пошире раскрывает глаза и начинает улыбаться, демонстрируя крупноватые клыки, какие только у риманов и бывают.
— Девушки позволят, — тут же, отозвалась бойкая Лило.
Кайрен благодарно ей кивнул и подал знак официанту, чтобы подошёл. Вторая девушка его не особенно заинтересовала. Тоже красивая, но типичной для байхи красотой, а ему с некоторого времени карамельно-сладкие прелестницы перестали нравиться. Если точнее, то со времён расставания с прекрасной Рьянотой.
— Кайрен, — представился он, присаживаясь за столик девушек.
— А как вас зовут дома? Кай? Рен? — не подумав ляпнула Лисса. Нет, ну как можно с человеком общаться, когда у него вместо лица одно слепое пятно.