— Предметы искусства, бессмысленного и беспощадного, — припечатала бабушка Май. — Даже макароны на них не откинешь — замаешься потом кусочки выкалупывать.
Служитель находился в некоторой прострации и от дара Храму и от комментариев дарительницы. Впрочем, для того, кто впервые сталкивался с Лисиной бабушкой, это было вполне в порядке вещей.
— Так, теперь вы молодой человек, — на служителя она больше не обращала внимания, всё его перенесла на Кайрена. — Вам я доверю нести мои инструменты. Только сердцем прошу, аккуратнее, они очень ценные.
Кайрен протянул руку взять из рук бабушки сундучок и чуть не выпустил его из рук — не ожидал, что тот окажется настолько увесистым и не заметил, чтобы бабушка держала его с каким-то видимым усилием.
— А чем она у тебя увлекается? — нашёл он момент, чтобы спросить у Лиссандры потихоньку. Почему-то бабушка представлялась ему неизменно с вязальными спицами или, на худой конец, если он пытался выбрать увлечение поэкзотиченей, с коклюшками и за плетением кружев.
— Резьбой по дереву. Видел, сколько коряг и разных интересных дровин натаскал Май в предназначенную ей комнату? Правда сейчас силы уже не те и она берётся только за мягкие породы дерева.
Кайрен даже не нашёлся, что сказать.
Бабушка Май первой вылезла из машины и, задрав голову, оглядела возвышающийся над ней Дом.
— Экая громадина, — покачала она головой. — И ты тут одна живёшь?
— Мы тут живём вдвоём, — веско обронила Лиссандра, сделав ударение на слове «мы».
— Я чего-то не знаю? — и многое видевшая на своём веку бабушка одним взглядом объединила её и Кайрена.
— Вот с ним, — Лисса указующе выставила вперёд руку. Дверь робко скрипнула и на крыльце показался Пёс. Не весь, весь он на нём не помещался, только передней своей половиной.
— Экая громадина, — повторила бабушка, но уже с явным восхищением в голосе и без малейшей примеси страха. — А Майсиль мне о нём не рассказывал. Ну, давай знакомиться!
Пёс вытек из двери целиком, деликатно ткнулся носом в протянутые ему ладони и вопросительно посмотрел на Лиссандру.
— Бабушка. Будет с нами жить.
Пёс тяжело вздохнул, опустил морду к земле и утрусил куда-то за угол дома по своим, собачьим делам.
— Да-а, — насмешливо протянул Кайрен. — А ты случайно разрешения у него не спрашиваешь, когда собираешься кого-нибудь в гости пригласить?
— А как же, спрашиваю, — с серьёзным лицом ответила Лисса. — А то обидится и тоже начнёт, своих гостей приглашать.
Приезда старшей родственницы своей девушки, что уж тут скрывать, Кайрен несколько опасался. Нет не того, что та запретит внучке с ним встречаться — Лиссандра была слишком самостоятельна и самодостаточна, чтобы подобное мог сделать кто угодно. Но некоторое напряжение могло возникнуть, всё-таки немалая часть времени, которое они проводили вместе, проходила в Доме со Скрипом.
Но ничего подобного, бабушка Май, для начала выселив Лиссандру из спальни, занялась облагораживанием её монументальной кровати и вид имела вдохновенный и слегка не от мира сего. Точно такой, какой Кайрен, подчас, наблюдал у своей девушки. Такое чувство, что к ней заселилась не старшая матриархиня, а подопечная, за которой нужен пригляд и присмотр.
Но Кайрен всё равно, на всякий случай, продолжал проявлять сдержанность и осторожность и, по возможности, не попадаться ей на глаза.
Холодок в их отношениях рассеяла сама бабушка Май, преподнеся ему набор затычек для бутылок в резном деревянном ящичке: декоративных и в то же время вполне функциональных. Но как отнестись к этому дару, кроме как с вежливой невозмутимостью поблагодарить, Кайрен не придумал. Дело в том, что только одной, с навершием в виде розочки, можно было пользоваться в приличном обществе, остальные пять были равно и забавны и непристойны. Что энергичная старушка хотела сказать этим подарком, Кайрен тоже не понял, то ли проявляла собственное чувство юмора, то ли проверяла внучкиного кавалера на его наличие.
— Хорош, — бабушка Май одобрительно прищёлкнула языком. — Даже мордой не дёрнул.