Заправились по одной, и вперёд на баррикады! Филька снежный наст ковшом цепляет, гребнем его поднимает, а я уж за ним, рядом иду и пресуху в КамАЗ закидываю. Льдины бывают с характером, вон одна, прямо из под колес, шефу в лоб отлетела, хорошо ещё не сильно приложила, а то разгребал бы я завтра мусор, а не снежные долины.
Дело спорится, уже до сугробов добрались. Навалились с мужиками разом. Одни сгребают, другие - кидают, третьи - подчищают. Движки шумят, колеса крутятся, ковши шваркают. Управились за пару часов.
Организовали перекур. Парни стоят довольные, масленными цепями сияют. Один травит байку, что от работы кони дохнут - не, не слышали. Мы ж только краше становимся. Сила, мощь, величие. Без нас куда? Без нас сложно.
Снова звонок от шефа - требуется помощь на Кирова, сами не справляются. Дал добро, едем.
Вот это январь снежный выдался! Что ни улица, то завал. А где завал, там и мы.
Эй, Филька, заводи мотор, жизнь-то в гору пошла!
Автопортрет
Утро. Из сонной неги меня вытягивает шум прибоя. С мягким шелестом волны ласкают песчаный берег, рассказывая ему истории о дальних странах, морских путешествиях и редкой красоты сокровищах, сокрытых на дне океанов.
Лежу и подслушиваю...
Мысленно составляю план по раскрытию ещё одной тайны Вселенной, и пусть об этом узнаю только я и только Он, важно, что дело будет сделано и все мироздание вздохнет легче, свободнее, счастливее.
Важно, что Я каждый день становлюсь все счастливее.
Горячая рука мужа нежно согревает меня. Он достался мне большой жадиной: даже во сне не желает делиться мной ни с океаном за стенами нашего дома, ни с лёгким утренним бризом, который, будто старый приятель, проникает сквозь приоткрытое окно без приглашения и мелкими пробуждающими мурашками прогуливается по моей коже, ни с зарождающимся днём, что заманивает меня в свои сети вкусными ароматами новых приключений, яркими оттенками чувственных открытий и увлекательных исследований.
Если бы меня попросили охарактеризовать себя одним существительным, ответила бы, что я - гурман. В еде, одежде, мыслях, чувствах, отношениях.
Если бы к себе нужно было подобрать глагол, сказала, что "люблю".
И если уж говорить про себя наречием, то мое слово "Ещё". Да, я тоже жадина! Чему удивляться, ведь муж и жена - одного поля ягода.
Мое тело пронизывают сотни тысяч различных ощущений. Старина-мозг пока все ещё не научился обрабатывать их разом и выдавать фейерверк чувственных посланий от рецепторов клеточек внутри меня. Ничего, дружище, я все понимаю и позволяю мудрому телу просто жить, просто наслаждаться и дышать.
Первую кружку чая выпиваю, кутаясь в теплый плед и шерстяные носки. И все равно, что не по погоде, зато по душе.
А душа уже мчится на лихом коне, погоняя фантазию и подкармливая сочной сахарной морковкой трудягу-писателя, что пытается успеть на всех парусах за своей неугомонной музой. С женщиной не спорят - женщину любят.
И любуются. Я любуюсь собой - читай, люблю любую себя. Про это и живу.
Сокровенное
В тишине кабинетных стен, неожиданной и такой желанной в разгар рабочего дня, Эмма хмуро смотрела на экран компьютера. Перед ней были десятки картинок сине-пенного зовущего прикоснуться моря и бело-желтого песка. Его крупицы легкой дымкой взлетали под порывами ветра в прозрачно-звенящее небо. Кое-где на фотографиях виднелись деревья, корпус старого маяка и тени суетливо снующих у его стен сытодовольных чаек. Их крики и хлопанье крыльев врывались сквозь время и пространство в текущий рабочий момент Эммы, без спроса залетая в ее уши и отзываясь тоской в ее сердце.
- Хочешь? – спросило, гулко бухая, Сердце.
- Эммм… наверно, - прошелестела женщина, представляя себя гуляющей по этим просторам, и нервно сглотнула.
- Хочешь-хочешь! Я-то чувствую!– ощутив отклик собеседника. продолжило Сердце. - Ну и зачем дело встало?
- Это нереально, - тяжело выдохнула Эмма и, расправив складочки на юбке, выпрямила стойкую спину и начала разминать затекшие плечи.
- Ну что ты сразу начинаешь?! – устало, в тысячный раз, возмутилось настойчивое Сердце. – Что тебе ни покажи, ты все хоронишь в пластах отвержения в силу нереальности, отсутствия времени и недостаточности способностей. Обижусь, честное слово!