- Да, нет же! Вы меня не поняли. Может, я просто все Вам объясню, и тогда Вы сможете ответить мне на пару вопросов.
Редактор задумался. Он внимательно посмотрел на Леру. И сделал знак руками продолжать говорить.
- Скажите, кто занимается в вашей газете некрологами? - спросила сразу же Лера. Она подумала, что так будет лучше. У редактора не будет шанса, узнав, кто она на самом деле, отвертеться.
- Некрологи мы не печатаем уже полгода. Одна студентка с журфака. Талантливая, очень талантливая девочка, между прочим. Она прекрасно писала некрологи. Но она погибла. Ужасная трагедия... А я решил, что не стоит больше вести этот раздел. Мало кто их сейчас заказывает. А у меня и так много работы. Я ведь один занимаюсь материалом для газеты.
- Зачем Вы меня обманываете? - Лера не ожидала, что редактор станет отпираться от очевидных вещей. Она очень разозлилась. Вся эта история не нравилась ей все больше и больше.
- В каком смысле? Я не понимаю...
- А в таком.
Лера достала из сумки газету. Кинула ее на стол перед редактором и внимательно стала наблюдать за его реакцией.
- Ничего не понимаю. Я этого не печатал. - сказал Ярослав, изучив газету. Он прищуривался, читая некролог.
- Послушайте, Ярослав. - начала снова Лера. Она сменила грозный тон на более приветливый. - Зачем отрицать факты? Вот газета. Вот некролог. Там черным по белому написано имя моей сестры, ее дата рождения. Более того, факты из ее жизни, которые даже муж не знал. Откуда Вы это взяли? Вы были, может, с ней знакомы? Может Вы следили за ней? Я не знаю.
- Нет. Этого просто не может быть.
Редактор подскочил со своего места. Он побежал в приемную. Там послышались стуки, звук, разлетающихся в стороны бумаг. Лера кусала нижнюю губу от напряжения. Этот тип не вызывал у нее доверия. Еще и история про девушку, которая занималась некрологами, а теперь погибла.
- Вот. Вот посмотрите сюда. Вот тот выпуск. Здесь никакого некролога нет. - Ярослав отдал несколько экземпляров газеты Лере.
Это действительно был тот самый номер с экологией и деревьями на первой странице. В него входили так же шесть страниц. И на последней не оказалось никаких некрологов. Номер и дата были такими же. За два дня до смерти Вики.
- Но Вы ведь видите. Там стоит дата – 7 февраля. А моя сестра умерла 9 числа. Седьмого я разговаривала с ней по телефону. Она была жива. Она не собиралась умирать!
Лера расстроилась. Они просидели в этой душной каморке уже несколько часов пытаясь разобраться.
- Ну, не переживай так. - Ярослав принес Лере воды. - Мне очень жаль твою сестру.
- Она не могла так поступить. А это? Что это за газета? Почему? Зачем кому-то понадобилось так шутить?
- Ты же теперь понимаешь, что это не я.
Ярослав показал все исходники. Все черновики. Заказ на печать. Он был не причем. В оригинальной газете не было некролога. И выпуски за последние полгода свидетельствовали о том, что некрологи давно не выпускались. Так же редактор отыскал последний, напечатанный в газете некролог. Его написала та самая молодая, погибшая студентка. Ее звали Инесса Решетова.
- Мне нужно выяснить, кто мог так поступить. Кто мог написать этот чертов некролог. - сказала Лера. - Он был напечатан за несколько дней до смерти. А я не верю в то, что Вика могла себя убить.
- Ты думаешь, кто-то убил твою сестру?
- Я не знаю. Но... Так тяжело поверить в то, что она могла сама…
- Понимаю. О, это была бы убойная тема для статьи. И для расследования. Журналистское расследование. Понимаешь, я бы мог тебе помочь.
- Нет. А я не могу позволить выставлять имя моей сестры в прессе и если, она все-таки сама это сделала... Это не для меня. Нет.
Лера встала и собралась уходить. Ей было уже невыносимо оставаться в этой мрачном помещении, да еще и воздух был таким мокрым и тяжелым. Хотелось выпить ледяной воды и подышать свежим воздухом. Мозг от всей информации просто кипел.
- Ладно, Лера. Извини. - редактор тут же подскочил к девушке и посмотрел ей в глаза поверх своих очков. У него оказались красивые серые глаза. - Но я тут ни при чем. Ты же теперь это знаешь. Газетка хоть у нас и маленькая, и невзрачная. И прямо уж скажем не популярная. Но я пишу хорошо. Я ведь журналист и свою работу делаю на все сто. Поверь. Я профессионал своего дела. У меня есть талант.