- Ой, Лерочка, проходи дорогая. - Таня была явно рада тому, что к ней пришли в гости.
Гостеприимная хозяйка проводила Леру в шикарно обставленную гостиную, принесла ей крепкий кофе. Явно дорогой и очень качественный. Сначала они поболтали о незначительных вещах, а потом гостья все-таки осмелилась завести разговор на чистоту.
- Ярослав Краевич погиб. И представляешь, все было в этом некрологе. Все! Я просто сбита с толку. Но знаешь, что самое интересное? Некрологи в этой газете раньше писала одна молодая журналистка. Она погибла. И я кое-что выяснила про нее.
- Выяснила, что эта бедная девочка жила в этом доме. - договорила за Леру Таня.
- Да. Откуда ты знаешь? - удивилась Лера.
- Я уже жила в то время в этом доме. Мои окна выходят на задний двор. И в то утро я только проснулась. Меня разбудил странный звук. Похожий на... - женщина задумалась. - На удар. Такой глухой. Это было совсем не громко. Но было утро и во дворе еще никого не было. Машин было мало. Все будто замерло. Я подошла к окну и посмотрела вниз. А там... лежала эта бедняга.
- Лежала?
- Она сбросилась с крыши. У нее все косточки были переломаны. Крови было так много. Потом приехала скорая, полиция, набежали зеваки. И все завертелось. Меня допрашивали, как свидетеля.
- Господи...
- И потом все началось. Эти странные смерти, самоубийства. Может люди... Ну, не знаю, как сказать. Стали брать пример что ли. Глупо звучит. Но ты сама подумай. Разве такое может быть? Один дом и столько смертей за короткий промежуток времени.
- В жизни все может быть. Но вот некрологи и эта газета. Не идет у меня из головы.
- Ничего мне не известно об этих некрологах. Я тебе так скажу. А вот историю этой девочки мне достоверно известна. У меня бывший в полиции трудится. Не последний человек. Он мне все рассказал.
- Расскажешь мне?
Собеседницы переглянулись. Таня колебалась. А во взгляде Леры читалась мольба. Они обе чувствовали себя не комфортно. Будто обсуждают что-то очень личное.
- Ладно. Слушай. - начала говорить Таня.
- Девочка эта переехала в этот дом около года назад. Ее семья жила в аварийном доме многие годы. Семья была не слишком-то обеспеченная. Мать ее работала. Часто уезжала на заработки. Бабушка ее торговала на местном рынке. А девочка эта, ее звали Инесса. Инночкой ее звали все знакомые. Я ее живой пару раз встречала. Ну так, ничего особенного. Серая мышка. Худенькая, вечно с растрепанными волосами. Волосы у нее были точь-в-точь, как у твоей сестры. Длинные, черные. Так вот, Инночка была очень замкнутой, ни с кем особо не общалась, но была умной. Поступила на бюджет на журфак. Казалось бы, какая из нее журналистка! Эти все девчонки-то, такие шустрые, общительные, а она молчаливая, скромная. Но надо сказать писала не плохо. Пару ее статей напечатали в журнале. Так же она писала некрологи в этой паршивой газетенке Краевича. Он видел в ней талант. Говорил, ей бы быть писателем. Взяться за настоящую работу, не то, что всякие некрологи и обзоры писать.
А потом случилась трагедия в жизни Инночки. У них в институте появился новый преподаватель. И стал ее по учебе заваливать. Намеренно ли, или правда считал, что девочка не дотягивает, не знаю. Знаю только, что для этой малышки самым главным была учеба, ее карьера. Она даже книгу какую-то написала. А тот преподаватель тоже был писателем. Очень успешным. У меня даже его книга есть. Ну, не суть. Так вот, Инесса показала свое творение этому преподавателю. Тот вроде обещал почитать, высказать экспертное мнение, и если понравится, даже обещал помочь с изданием. Но на самом деле прочитал книгу всем студентам в группе и высмеял девчонку. Вот, смотрите, как не нужно писать.
Бедняжка не выдержала. На следующее утро поднялась на крышу нашего дома и сделала шаг.
Вот так все для нее и закончилось.
Мой бывший сказал, что была еще записка. Ну, типа, предсмертная. Там было что-то про то, что Инесса ненавидит тех, у кого талант есть, а они его не используют, а у нее таланта не оказалось, так вот и смысла больше жить нету.
После всего рассказанного Лера сидела молча несколько минут. Ей было так жалко молодую девушку. Она не вполне могла понять ее. Закончить жизнь только из-за критики. Только потому, что книга не получилась. Все это ведь пустяки. Но каждый сам решает, что ставить во главу угла.