- Видимо, это уже не первый раз,- сказал капитан, поглядывая на молчаливого Карасая.- В стоге спрятаны мешки с зерном. Проверим, выясним.
После этого он расспросил Тамару, дал ей расписаться и отпустил.
- Поезжайте, мы тут разберемся. Спасибо за помощь.
Когда Камел, дочь Карасая, ворвалась в кабинет начальника милиции, Косиманов сидел за столом, сжав руками голову. Из создавшегося положения пока не представлялось выхода.
- Где отец?- набросилась Камел на мужа. Она быстро окинула глазами кабинет.- Ты, что, оглох? Куда ты его девал?
- Тихо, тихо, не бесись,- проговорил Косиманов, избегая смотреть жене в глаза.- Не съел же я его.
Рослая, широколицая, Камел была удивительно похожа на отца, прибежала она как на пожар: в фартуке, руки в тесте. Лишь пальто накинула на полные дородные плечи.
- Ты почему домой-то сразу не позвонил?- допытывалась она.
- А чего звонить? Суюнши просить?
- Да ты в своем уме?- не унималась Камел.- Отец попался, а ему и горюшка мало.
- Родственничек...- заворчал Косиманов.- Что я теперь с этим преступлением буду делать? Может, ты подскажешь?
- Преступление?!- испуганно воскликнула Камел.- Какое еще преступление, чего ты болтаешь?
- А, замолчи! Без тебя тут...
Поняв, что положение на самом деле серьезное, Камел смирилась и залилась слезами. Косиманов поморщился. Вот бабы, слезы у них всегда наготове, как вода в кране. Он взглянул на жену и не смог сдержать улыбки: размытая краска с ресниц испачкала все ее лицо.
- Ты чего это, ты чего радуешься?- еще пуще залилась она.- Какой ты начальник, если ничего не можешь? Какая тебе цена, если даже отца не можешь выручить?
Причитания жены испугали Косиманова. С беспокойством поглядывая на дверь, он принялся утешать плачущую Камел.
- Ладно, ладно, замолчи только... Брось, говорю! Слышишь? Что-нибудь придумаем. Иди домой да приготовься. Мы сейчас придем. Гость все-таки, надо угостить.
И, выпроводив жену из кабинета, снова опустился на стул, схватился за виски. Вот мне задача-то!..
Поздний ужин в доме Косиманова походил на поминки: ни разговоров, ни смеха, к мясу никто почти не притронулся: посидели молча за столом и рано разошлись по комнатам спать.
Оставшись один, Карасай долго метался по развороченной постели. Злость и досада, душившие его, насовсем прогнали сон. Черт потащил этого Оспана в такую погоду в степь! Что ему было надо? Вот уж никогда не думал, не гадал, что так глупо влипнет. Четыре машины зерна смолол нынче за время уборки Карасай, и все благополучно сбыл на омском базаре. Шито-крыто кругом, комар носа не подточит. И вот надо же! Будто нарочно кто подстроил. Хоть бы другой кто попался, не Оспан. Так нет! Еще на Кургерея не
хватало напороться. Того тоже дьявол частенько носит, где не следует...
Отправляясь сегодня за зерном в дневное время, старик понимал, что идет на большой риск, но ничего, другого не оставалось: совхоз стал подтягивать сено поближе к базам, и зерно, запрятанное в отдаленном стоге, могло пропасть ни за понюх табаку. Боязнь такой большой утраты и погнала его к тайнику. А теперь не только не прибавишь в заветный сундучок, а еще и достанешь не раз. Зять, освобождая его из-под стражи, откровенно заявил, что кое-кому необходимо дать, «смазать рот маслом». «Расход, сплошной расход»!»- убивался старик, переживая досадный случай.
Занятый своими мыслями, Карасай долго не обращал внимания на голоса в хозяйской половине дома. Надо полагать, там были свои заботы, свои разговоры, сегодняшний случай им тоже прибавил хлопот. Но вот голоса зазвучали громче, и Карасай, неслышно спрыгнув с кровати, подкрался к двери. Прислушавшись, он узнал громкий голос зятя и похолодел.
- Мне надоело возиться с твоим отцом, надоело!- выговаривал жене Косиманов.- То одно, то другое. Ты же знаешь, я и так еле усидел из-за него на работе. А теперь еще это. Что мне, под суд из-за него идти? Нет уж, пускай сам отдувается.
- И ты со спокойной совестью выгонишь из дома моего отца?
- А что мне с ним прикажешь делать? Со спокойной совестью... Да пусть он хоть пропадет пропадом!
- Замолчи!- завизжала Камел.- Это мой отец... Думаешь, надел погоны да вскарабкался за стол, так большим человеком стал.
- Я не для того надевал погоны, чтобы без конца выгораживать этого вора. Пусть скажет спасибо, что до сегодняшнего дня сидел у меня под крылышком...
- А что сегодня случилось? Чем он тебе не угодил?
- Чем, чем...- проворчал Косиманов усталым голосом.- Ты же из-за своего казана ничего не видишь и не хочешь видеть. А мне приходится отдуваться. Ведь сколько я его знаю, столько приходится расхлебывать его грязные делишки. С самой организации колхоза. Сколько он людей тогда запрятал в тюрьму? Не знаешь? А я знаю. А в войну что делал? Сколько он соку выжал из этого несчастного колхоза? И кто его всегда покрывал?.. Это же подумать только надо: как год, так десять- пятнадцать голов скота у него из колхоза. Задаром же! Все бесплатно!..