Капыш утвердительно кивнул головой:
- Конечно. Живой ищет жизнь, а смерть идет своей дорогой.
- Так вот, сейчас у нас со старухой новая боль и, пожалуй, ничуть не легче, чем прошлогодняя. Это - Акбопе. Да, да. Как подумаем, что она покинет нас, на душе черно. Но теперь, слава богу, ты успокоил нас.
Капыш, соображая, поднял голову, тонкая бровь его полезла вверх. Но Карасай, словно не замечая, что происходит со сватом, продолжал как ни в чем не бывало.
- Что мы, старики, знаем, хоть и сидим день- деньской дома? Это мне Жамиш сказала, она узнала. Видно, детки наши решили не сиротить двух малышей, не отдавать в чужие руки. И ведь как правильно, как хорошо решили! Да только почему-то боятся нам сказать об этом. А разве мы враги им, разве мы станем разнимать их руки? Пусть живут и будут счастливы. Халил у меня уже совсем взрослый парень, поучился, набрался ума-разума, пора и на хозяйство становиться, своим отдельным домом жить. И я только рад, что у них с Акбопе так хорошо все получилось. Пусть будут счастливы! И ты, сват, дай им свое благословение. Илляхи аминь!
Карасай медленно, священнодействуя, провел ладонями по лицу и краем глаза успел заметить растерянность свата. В душе Капыш не был против замужества дочери, но он не ожидал, что согласится Халил. Взять жену старшего брата с детьми... Ведь это же аменгерство, старый дедовский обычай. А Халил... Видя замешательство свата, Карасай решил не давать ему времени опомниться и завершил разговор:
- Теперь, сват, как только степь подсохнет, приезжайте к нам со старухой, порадуем детей, устроим той. Только прошу вас - как будете уезжать, благословите их, а то они не знают, как им быть. Успокойте их, скажите, что вы согласны.
Капыш молча кивнул и первым направился в дом.
Довольный успехом, Карасай решил не терять времени и принялся за сына. Он вызвал его из дома, привел и посадил рядом с собой на место свата. Халил, привыкший к суровому нелюдимому нраву отца, был удивлен всем этим и терялся в догадках. Может быть, он на самом деле становится взрослым человеком, если отец приглашает его для серьезного разговора?
- Как ты думаешь,- спросил Карасай,- отчего это сват приехал к нам в такую распутицу?
Халил, недоумевая, к чему весь этот разговор, осторожно пожал плечами:
- Не знаю, коке... Наверно, просто так, навестить.
- Как бы не так! Навестить... Он приехал, чтобы добить меня! Понял? Мало мне, что я потерял Жалила. Так теперь он хочет совсем опустошить мой дом.
Раздраженный голос Карасая глухо раздавался в мрачном, еле освещенном сарае. Огромная тень старика металась по грязной стене овчарни. Халилу становилось страшно от слов отца.
- Как это... опустошить?
- А вот так. Капыш приехал, чтобы забрать Акбопе вместе с детьми.
- Забрать?.. Насовсем?..- невольно вырвалось у Халила.
Он был поражен. Никогда раньше он не задумывался над тем, кто для него жена погибшего старшего брата. Он относился к ней, как к родному близкому человеку, постоянно живущему в доме отца, и был уверен, что Акбопе всегда будет рядом. Оказывается, Акбопе может уехать и уехать навсегда. Халил перевел дух. Он даже не подозревал, что эта женщина так ему дорога. Теперь Халилу казалось, что и приезжал-то он в дом отца лишь только потому, что надеялся увидеть Акбопе, услышать ее шутки, смех, испытать счастье нескольких проведенных вместе дней. Одиноко станет ему в отцовском доме без Акбопе. Сердце
юноши сжала острая тревога. Словно спрашивая совета, он поднял на отца глаза.
Карасай говорил:
- Я чувствовал, зачем он приехал. В прошлом году, еще земля на могиле не высохла, к Акбопе уже приезжали свататься. Я тебе не хотел говорить, чтобы зря не переживал. А теперь... Сам знаешь, кто не позарится на Акбопе. Такую женщину не часто встретишь. Тут до меня слух дошел, что ее собираются выдать за единственного сына омского торговца Молдабая. Я поспрашивал кое у кого: оказалось, правда. Так что вот зачем и приехал Капыш. Везет этому Молдабаю, даже зло берет. У таких даже камень в гору катится - и Карасай в досаде сплюнул.
- Может, нам хоть детей у себя оставить?- робко высказался Халил и тут же почувствовал, что нет, не дети дороги ему, сама Акбопе, без которой совсем опустеет отцовский дом.
- Ты что, сынок! Кто же теперь оставляет своих детей? Без Жалила для нее роднее отец и мать, чем свекор и свекровь. Тут и говорить нечего. Нет, надо что-то другое придумать.
- А что теперь придумаешь?- грустно проговорил Халил. Он совсем потерял голову, представив, что завтра утром Капыш насовсем увезет Акбопе. Если бы найти способ задержать ее хоть на несколько дней! За это время нашелся бы какой-нибудь выход. Неужели отец ничего не может придумать?