Уезжая, зять сказал мне, что приедет к зиме и тогда уж сыграем настоящую свадьбу.
Уехал он, стали мы ждать. И все бы должно было получиться, по задуманному, как вдруг... Ох, говорить даже не хочется!
Вечерело, помню, в окошко дождик крапал. Тихая такая осенняя пора. Сидим мы, лампу зажгли. Лиза стала на стол подавать.
Слышу, однако, скачет кто-то. И не один, а несколько человек. Прискакали, у ворот остановились. «Ну,- думаю,- к нам». Что ж, гости так гости. За стол еще не сели, веселее будет. В дверь вдруг принялись так барабанить, что мы с мест вскочили. Лупят, бухают,- чуть с петель не снимают. Это что же за гости такие?- думаю. Открыли дверь. Вваливаются трое: Косиманов и с ним два милиционера. В форме, с винтовками.
Косиманов сразу к Райхан.
- Встать!- рявкнул по-русски.- Ты арестована.
Матушки-светы, да за что же это? Лиза моя чуть в обморок не брякнулась, потом кинулась к Райхан, вцепилась, закрыла телом:
- Не дам!
Один из милиционеров схватил ее, оторвал и в сторону пихнул. Много ли бабе надо,- отлетела моя Лиза в угол, лежит на полу. Мы и глазом моргнуть не успели, как они все у нас перевернули: из сундуков все летит, из чемодана. Ищут чего-то.
Косиманов нагнулся, поднял с пола книжку, полистал.
- Читаешь?- спрашивает у Райхан.
А у нее ни испуга, ни отчаяния,- совсем спокойная стоит.
- Это что, допрос?- говорит ему.
Книжку я узнал: «Дочь казаха» Беимбета Майлина на русском языке. Райхан как-то долго читала нам ее вслух.
Отбросил книжку Косиманов, по комнате прошелся. Я наблюдаю за ним,- что им надо?
Косиманов говорит:
- Радуешься, старик, что зятя ученого нашел? В тюрьме он сейчас, в самой Алма-Ате.
Чего он мелет? Я за Райхан испугался. Но она стоит, как стояла, и лишь улыбается с издевкой. Говорит ему:
- Далеко живете, а обо всем знаете... Чего вы издеваетесь над человеком, который старше вас? Принимайтесь за меня. Или боитесь, что не по зубам?
Фыркнул Косиманов, но ничего не сказал. Лишь на милиционера, который увязывал книги, прикрикнул:
- Еще вон портрет не забудь! Нельзя его оставлять в таком доме.
На стене у нас висел портрет Ленина. Может, знаешь: прищуренный такой взгляд, будто все видит, все знает и, как мне тогда показалось, даже жалеет нас... Милиционер козырнул и полез снимать портрет... Все они унесли с собой.
Райхан вывели и усадили на бричку. Темно, дождь льет, тоскливо. На душе у нас с Лизой так, будто мы с похорон приехали. Лиза как легла у печки, так и пролежала до рассвета. Лампа горит, у печки Лиза давится слезами. Места я себе найти не мог.
Утром я послушал, послушал, как всхлипывает жена, да и не выдержал:
- Хватит!- кричу,- Чего беду кличешь? Ничего с ней страшного не случится, Завтра же и вернется, Что они могут сделать невинному человеку?
Я и на самом деле нисколько не сомневался, что тут какое-то недоразумение, И соседи, когда узнали, тоже в один голос стали уверять,- да вернется, говорят, что с ней сделают?
Но вот прошел день, еще день и еще,- трое суток мы прождали, Нет нашей Райхан, И ни весточки от нее, ничего, Заскребло тогда у меня на сердце, Дело, вижу, не шуточное, Собрал я, что можно было, и поехал в район узнавать,
Сначала я думал к Карабету сунуться: Косиманов зятем ему приходится, Но потом подумал и взял себя в руки, Уж, кому, кому, а Карабету в ноги кланяться не стоило,
Узнал я у людей, где тюрьма и пошел туда с утречка, Передача для Райхан еще дома была собрана,,, Пришел я на край села, вижу - вот она, тюрьма, Подхожу, Смотрю, охранник, который в воротах, знакомый парень, сынишка старого моего дружка, сапожника, Я этого охранника еще мальчишкой сопливым знал, в коротенькой рубашонке,
- О, айналайын, аман ба?1- бросился я к нему,- Как отец, здоров ли?
Но парень будто не видит меня и не слышит,
- Да ты что,- говорю,- не узнаешь? Это же я, Кургерей, Нехорошо к старикам так относиться, Ведь я тебе в отцы гожусь,
Заговорил он наконец,
- Вам кто нужен? Только скорее,- на посту разговаривать не положено,
И пистолет на боку поправляет,
1 Айналайын, аман ба? - Дорогой, как живешь? (Как здравствуешь?)
«Ах ты, дьявол,- думаю,- Вот еще шишка-то...» Говорю ему:
- Ты поэтому и важный такой, что у тебя эта игрушка на боку болтается?
- Осторожней, старик! За такие слова и под суд недолго...
А ведь и в самом деле - что им стоит и за меня приняться? Поутих я.
- Дочь у меня,- говорю,- здесь, Райхан. Передачу вот принес. Увидеться бы...
- Без разрешения товарища Косиманова передавать преступникам ничего нельзя!
«Преступникам»... Меня будто жаром окатило. Это моя-то Райхан преступница?!