Грохот двойного выстрела разорвал вечернюю тишину, болезненный стон и только сейчас мы с Джесс покатились по гравию в попытке уйти с линии огня. Далеко отпрыгнуть не получилось, но теперь, между нами и напавшим, массивная опора осветительного столба. Чёрт, Джесс оказалась сверху и только мне мешает, а ещё в бедро упёрлось что-то жёсткое. Чуть отодвинулся, да это же рукоять её пистолета. Мгновение, застёжка сдалась и пистолет готов к стрельбе. Затвор передёрнул, а предохранителя у него нет. То есть он незаметен, так как расположен на спусковом крючке. Просто выстрел произойдёт при полном нажатии. То, что с Джесси что-то не так я понял, она шевелится на мне, но не помогает.
— Вадик, проверь его. Эта падла живучая, — тихое шорканье и на линии огня показался убийца. Собственно ствол уже смотрел в ту точку, моя рука прижата её ногой, я только нажал на спуск. Ах как красиво, пуля попала прямо в лицо и нападавшего сдуло в сторону. Теперь не до сантиментов, мешавшее тело отброшено в сторону, и я с положения лёжа открыл стрельбу в то место, откуда они вышли. Две двоечки ушли туда. Сместившись в сторону, я добил магазин. Чёрт, где у неё запасные. Извини девочка, что я так груб с тобой. Сорвал с крепления запасной магазин, передёрнул затвор и притаился, опустившись на колено. Тихий звук, будто кто-то царапает гвоздём кирпич. Нет, я подожду, пусть себя второй проявит.
Со стороны послушался шум, завывал двигатель машины. Когда меня осветили фары, я поднял руки и закричал, — на нас напали двое. Один тут, второй притаился в переулке. Джесс ранена.
Дальше меня сбили с ног и грубо скрутили руки за спиной. Так как я лежал лицом вниз, я не видел происходящего. Голоса, крики, потом подъехала ещё машина. Вскоре она уехала, я повернул голову вбок и увидел, как на носилках несли тело девушки. В таком положении я пролежал ещё минут семь. Наконец про меня вспомнили, фонарь ослепил глаза, и я ничего не видел, — мразь, говори, кто с тобой был. Кто эти парни?
Потом на меня обрушился тяжёлый удар и сознание погасло.
Очнулся в тёмном помещении. Лежу со связанными руками на жёсткой лавке. Это скорее напоминает камеру, чем больничную палату, судя по решёткам я в каталажке. Тусклый свет идёт с соседнего помещения, я попробовал пошевелиться. Чёрт, голова раскалывается и правый глаз не видит. А хуже всего, что я не чувствую рук, их туго стянули и кровь не поступает в конечности.
— Эй, кто-нибудь. Помогите, — не узнаю свой голос. Он чужой и хриплый.
— Эй, кто там есть, — послышался шум и вошёл парень. Он включил свет в помещении и я болезненно прищурился.
— Ну, чего надо? — таким голосом только в туалете кричать «Занято».
— У меня затекли руки, я их не чувствую. И почему я в камере? На меня с девушкой напали два человека, её ранили, что с ней?
Сейчас я проморгался и вижу перед собой парня с жёстким перекошенным лицом. Он в форменной рубахе и звездой помощника шерифа.
— Никаких пояснений, шериф распорядился закрыть тебя до утра.
— Да, но к утру у меня руки отсохнут, сними верёвки.
— Дэн, давай и вправду снимем стяжки, вон у него уже руки посинели. Кому будет лучше, если ему завтра отрежут руки по локоть, — это появился другой парень.
Глава 12
Как же больно, я осторожно растираю затёкшие руки. Сначала они был как чужие, а потом появилась боль. Такое ощущение, что засунул руки в кипяток. Мне остаётся только разминать, баюкая кисти и думать о произошедшем. Я отчётливо помню фразу убийцы, нет никаких сомнений, что это должок с того света. Но действовали они явно не профессионально. Вдвоём из засады не застрелить не ожидающего нападения человека – это надо постараться. Второй вообще себя не проявил, прятался за спиной первого. Но мне не понятно такое жёсткое и не адекватное отношение со стороны службы правопорядка. Неужели меня приняли за сообщника. Не может быть, ведь видели, что я вёл огонь в сторону нападавших. Да и наверняка я попал и во второго. Можно же выковырять пули и проверить, кто в кого. Я вообще был безоружен, как нерезидент у меня нет такого права, а вот у Джесси оно было. И девушка всегда ходила со своим любимым «Глоком». Был ли у неё шанс достать пистолет? Не думаю, она получила в упор пулю или две, кобуру девушка таскала на правом полушарии задницы, так ей было удобнее. То есть пистолет зажало, между нами, хотя, если бы я просто оттолкнул её в сторону, не пытаясь прикрыть своим телом. Убийце ведь она не было нужна, под маской его не узнать. Но чего гадать, всё произошло так стремительно. К утру мне совсем поплохело, дико раскалывалась голова, глаз заплыл окончательно. Это когда интересно мне прилетело? Помню один удар, значить меня оглушили, а потом добавили. От непоняток мне совсем поплохело, с трудом забылся тяжёлым сном.
- Вставай, на выход, - меня не совсем вежливо разбудили и потащили из камеры. В этом кабинете я уже был разок, даже хозяин прежний. Шериф выглядит откровенно не очень. Мешки под глазами, прихлёбывает чёрный как дёготь кофе и курит сигарету. Пепельница полна бычков.
- Ну, рассказывай, - в прошлый раз он был повежливее. Я за пару минут рассказал о вчерашних событиях. Не стал говорить о первой половине дня, начал сразу с момента выхода из ресторанчика. Собеседник неприязненно сверлит меня глазами, такое ощущение, что он интересант в этом деле. Задав несколько вопросов, бросил, - Ден забирай его, закрой в камере до суда.
- Шериф, а Вы не хотите объяснить мне свои действия? На меня напали, я защищался. Есть десятка два свидетелей, что мы вышли вместе с Джесс. Ваш произвол возмутителен, вы меня избили и не оказав помощи бросили в камеру. Даже воды не предложили, а мне требуется медицинская помощь. Или предъявите обвинение и вызовите моего адвоката или отпустите.
Вместо ответа шериф сорвался с место и влепил мне смачную оплеуху. От удара пошёл такой звон в голове, и я тихонько сполз на пол, отрубившись.
Опять таже камера, таже лавка, только теперь на полу стоит простая алюминиевая кружка с водой. Аккуратно, чтобы не потревожить голову я сполз на пол и поднёс кружку ко рту. Маленькими глоточками выпил всё до дна. Сразу полегчало, вернувшись на лавку, подтянул колени, свернувшись в клубок и заснул.
Проснулся от шума, звеня ключами помощник шерифа, тот самый, который уговорил меня развязать, открыл камеру, - на выход, за мной.
В этой комнате я ещё не был, скоро изучу тут всё. Стол и два стула, вот и вся обстановка. Через минуту открылась дверь, - добрый день, меня зовут Антонио Романо, меня наняли для помощи Вам. Как Вы себя чувствуете?
Охрененно, как может чувствовать себя человек, в которого сначала стреляли, потом избивают менты и угрожают судом. Убедившись, что именно Яков нанял этого адвоката я неторопливо рассказал события, начиная со вчерашнего утра. А чего уж тут скрывать.
- Хотите кофе?
- Лучше чайку бы сладкого.
- Сейчас я договорюсь, - итальянец вышел и вернулся через минуту.
- Значить ситуация такова. Ваша подружка Джесс умерла, её доставили в больницу, но ещё по дороге у неё остановилось сердце, истекла кровью. Но это полбеды, хуже, что шериф является её любящий отцом. Она единственный ребёнок в семье. Он не нашёл ничего лучшего, чем обвинить тебя в её смерти. Он даже подделал рапорт врача о вскрытии и скрыл свидетельства очевидцев. У него в этом деле помощник, некий Ден. Это будущий зять шерифа, ну теперь уже не получится. А вот не дал тебе помереть в камере другой помощник шерифа, парня зовут Мозес, и он из протестантской общины. А те не приемлют такую несправедливость. Вот от него информация и попала к нам. Ну ничего, теперь мы шерифа нагнём, он подставился по полной. Совсем рассудок потерял от горя.