Нико прогулялся до игрового помещения, достаточно большого, чтобы разместить две семьи. Как объяснила Кетлин, домик был построен в тысяча девятьсот двадцатом году, после того, как ее дед стал владельцем Суонси. Немного побродив по лужайкам для игры в гольф, кортам для сквоша, спортивному залу, осмотрев турецкие бани и бесподобный бассейн, он пришел сюда.
Опустившись на кованую стальную скамью, Нико тяжело вздохнул. Солнце освещало оранжерею с запада. Золотистые лучи, пробиваясь сквозь большие стеклянные окна, наполняли полупрозрачное здание потоками солнечного света, которые извивались вокруг статуй и апельсиновых деревьев.
Из разговора с Амарилло он узнал, что ему опасно покидать Суонси, слишком много людей искали его. Промедление было теперь на руку Нико, кроме того, он обещал своей прабабке продолжить поиски.
Его волновало только одно: как долго он еще сможет выдержать здесь, не потеряв здравомыслие. За последние несколько дней Нико много раз издалека видел Кетлин, завидуя каждому мужчине, которому она улыбалась, ревнуя к каждому, с кем она разговаривала. Самое ужасное наступало ночью, когда он ложился в постель. Сознание того, что Кетлин рядом, в своей комнате, наполняло Нико мучительной болью. Желание обладать ею с каждым днем становилось все сильнее. Случай на чердаке чуть не обернулся для него провалом. С того самого момента большую часть времени он предавался воспоминаниям, как дразнящий аромат ее кожи окутывал его тело. Нико понял, что умрет, если не завладеет Кетлин. Он должен держаться от нее подальше!
— Нико?
Резко повернув голову, он увидел девушку, идущую между цветочными клумбами, недавно подготовленными для посадки. Тело мужчины напряглось, а в груди появилась боль.
Приблизившись, она нервно провела влажными ладонями по широкой юбке своего салатового сарафана.
— Вас трудно найти, — произнесла Кетлин.
Нико почувствовал ее беспокойство, но не смог выдавить из себя улыбки, чтобы успокоить девушку, а просто смотрел на нее, не отрывая глаз. Неожиданное появление Кетлин усилило ноющую боль, которая не оставляла его все эти дни. У него было такое ощущение, что он протягивает руки к огню, чувствует его тепло, но тянет их все дальше и дальше…
Нико вскочил.
— Что-нибудь произошло, что вы захотели увидеть меня?
— Да. У нас в доме возникли кое-какие проблемы, и…
— Проблемы? — он весь напрягся в тревожном ожидании.
— Боюсь, что так. У нас нет электричества, — Кетлин пожала плечами, стараясь казаться беззаботной. — Я не знаю точно, что случилось: что-то где-то замкнуло. Электрики прибудут не раньше утра. Поэтому сегодня вечером, а может, и несколько, дней, нам придется пользоваться свечами. Я подумала, что вы должны об этом знать.
Нико облегченно вздохнул.
— Спасибо. Я благодарен, что вы пришли сообщить мне об этом.
— Не стоит, — коротко бросила она и сплела пальцы рук, — мне все равно нужно было проверить, что здесь сделано. Да, я вижу успехи. Рабочие вырубили все дебри, заменили разбитые стекла и вымыли окна. Вероятно, теперь они займутся фонтаном, — Кетлин неловко пожала плечами. — Ну, мне пора идти. Меня ждет работа.
Неожиданно он запаниковал, лихорадочно ища предлог, чтобы подольше задержать ее здесь.
— Я никогда еще не видел ничего подобного этому зданию. Для чего оно предназначено?
Кетлин была польщена неподдельным интересом, прозвучавшим в его голосе.
— Сначала это было задумано как зимний сад для прогулок, отдыха и тому подобное. Но здесь проводили прекрасные балы, и я могу вас уверить, они будут проходить снова!
Нико опять поразился тем чувствам, которые Кетлин испытывала к этому огромному дому. Его же радость от простой близости к ней была древней и примитивной реакцией. Он вел напряженную, трудную жизнь, полную тревог и опасностей. Но ему никогда еще не приходилось напоминать, что нужно держать себя в руках, как он это делал сейчас, собрав все самообладание.
— Вы хотите превратить оранжерею в общественное место?
Кетлин кивнула. Как только разговор зашел о Суонси, ее лицо оживилось, стало воодушевленным.
— Да. Мне кажется, это будет прекрасное место для чаепития, с пианистом, наигрывающим мелодии Гершвина и Портера. Или для особых вечеринок или торжеств… Возможности бесконечные!
Возбужденная своими планами, девушка вся светилась, и Нико подумал, что никогда еще не видел никого более совершенного и желанного, чем Кетлин.
Пока они разговаривали, солнце опустилось совсем низко, заливая все вокруг мягким красноватым светом. Его единственным желанием было заключить ее в объятия и овладеть ею прямо здесь, в лучах заходящего солнца.