Кетлин охватило сильное волнение. Она вся пылала, внизу живота отдалось сладкой мучительной болью. Она хотела этого человека, и было бы так легко уступить ему, поддаться его натиску. Но слишком многое ей казалось непонятным. Воспоминания об отказе на чердаке крутились в голове, как испорченная пластинка. Она бы еще раз выдержала подобное. Но зачем?
Кетлин знала, что может вынести боль, которая иногда приходит вместе с любовью, но для этого должны быть особые причины. Прижатая к его телу, она чувствовала, как сильно желал он ее, хотя всего лишь несколько дней тому назад посоветовал держаться подальше от него. Значит, Нико запрещал себе хотеть.
Но его рот жаждал ее губы, а руки настойчиво ласкали грудь. Из этого Кетлин сделала единственный вывод: она для него ничего не значит и интересует просто, как привлекательная женщина. Но гордость не позволяла ей заниматься любовью с любым мужчиной, чье сердце было свободным. Удрученная своими мыслями, девушка отстранилась от Нико.
Он почувствовал, как ее руки уперлись ему в грудь, но сопротивление было слишком слабым по сравнению с его яростным желанием. Как только их губы соприкоснулись, Нико потерял над собой власть, подчиняясь лишь зову плоти. Его тело было настроено и готово к одному: сделать ее своей.
Когда, наконец, Нико понял, что что-то не так, то не смог даже поверить в это. Издав сердитый звук, он оторвался от ее губ, с трудом приходя в себя и ожидая, когда затихнет сжимавшая все тело боль.
— Простите, — пробормотала Кетлин. — Это я виновата.
— Что? — не понимая, спросил Нико.
— Вы сами просили держаться от вас подальше… Мне, конечно, нужно было послать кого-нибудь еще разыскать вас. Но я подумала…
Кетлин подумала, что сможет просто так поговорить с ним и сумеет остаться холодной, если он прикоснется. Но она ошиблась…
Нико вдруг понял, что произошло. Он слишком обидел ее тогда, на чердаке, но собственные переживания не позволили ему заметить это.
С первого дня появления в Суонси Нико начал обманывать Кетлин. В его мире справедливость часто переплеталась с беззаконием, но результат всегда оправдывал средства. Его целью было проникнуть в дом, выполнить обещание, данное прабабке, и уехать без всякой суеты и хлопот. Но все оказалось не так просто. Сложности были очевидны с самого начала. Нико сам не понимал, почему проигнорировал их: то ли из-за слабости после ранения, то ли из-за золотисто-зеленых глаз Кетлин, заставивших его не обращать внимания на правду. Но теперь он знал, что нужно делать.
— Кетлин, здесь нет вашей вины.
— Но…
Нико обнял ее за плечи.
— Это, действительно, так. Вы были очень добры ко мне, позволив остаться, когда я нуждался в месте для отдыха и восстановления сил. Сейчас мне гораздо лучше и, обещаю вам; я как можно скорее постараюсь уехать.
Кетлин не смогла скрыть тревоги в голосе.
— Вы собираетесь уехать? Но, Нико, разве это так необходимо?
«Черт возьми! Конечно, нет, — подумал он, — но легче встретиться лицом к лицу с Ретигом и его людьми, чем остаться и подвергнуть ее риску». Нико непроизвольно прижал руку к боку.
— Мне уже лучше, Кетлин, и мне пора уезжать.
— Очень хорошо, — она старалась говорить спокойно, но явно нервничала. — Вы сами знаете, что для вас лучше. Когда соберетесь уезжать, дайте мне знать.
— Хорошо.
— Отлично. Увидимся в доме.
Нико кивнул, не в состоянии вымолвить ни слова. А потом остался один в огромном, из стекла и железа здании, задавленный тишиной и пустотой. Он чувствовал себя совсем разбитым из-за острого ощущения своей вины, ему пришлось даже сесть.
Через некоторое время Нико показалось, что кто-то тихо плачет. Звук становился все сильнее и сильнее, заполняя оранжерею и окутывая его, и он закрыл уши руками.
— Рилл? Это Нико.
— Привет. Как дела?
— Я быстро поправляюсь.
— О-о! Слышу, что сейчас последует «но».
— Но я должен отсюда уехать.
Голос Амарилло тотчас стал напряженным.
— Ретиг!
— Нет, ничего подобного. Всего лишь… Послушай, если ты не хочешь, чтобы я приехал в Бостон, подыщи мне какое-нибудь другое укромное местечко.
— Нико, сначала, когда ты собирался проникнуть в Суонси, я решил, что ты сошел с ума. Но сейчас это оказалось даже на руку.
— Я рад, что ты доволен сложившейся ситуацией, — едко ответил Нико.
— Конечно, ждать очень тяжело…