Кетлин с нежностью посмотрела на Нико.
— Дай мне хотя бы взглянуть на твои руки.
Он медленно опустил девушку, пока ее ноги не коснулись пола. Розовая атласная сорочка, подчеркивая контуры тела, едва касаясь груди, скользила вниз, вздымаясь над маленькими сосками, облегала талию, круглые ягодицы и бедра.
— Ты можешь простудиться, — хрипло сказал Нико.
— Не простужусь.
Ее шепот подействовал на него подобно обжигающему ветру, отнявшему последние силы. Заглянув в глаза Кетлин, он увидел мерцающий отблеск пламени свечи. Делая отчаянные попытки взять себя в руки, Нико произнес.
— Я только пытаюсь заботиться о тебе, Кетлин.
— Я знаю, но почему?
— Потому что ты пустила меня в дом, когда я не представлял, где можно остановиться, — на ходу придумал он.
— О! Так ты мне просто благодарен?
В таком состоянии Кетлин была опаснее заряженного пистолета, поэтому Нико насторожился.
— Да, ты права.
— Тогда в знак благодарности сделай то, что мне так необходимо.
— Что?
— Помоги понять тебя.
Он саркастически усмехнулся.
— Поверь, оттого, что ты поймешь меня, не будет никакой пользы.
— А я думаю наоборот.
Кетлин была настойчива, и Нико понял, что так просто она не отступится. Своими вопросами и чувственностью Кетлин загнала его в угол, ему была нужна передышка.
Девушка стояла перед ним полуобнаженная, с голыми ногами, распущенные волосы спадали на плечи шелковыми волнами. Она вся казалась такой нежной, такой свежей, такой сексуальной, именно такую он всегда хотел. Нико больше не держал Кетлин в своих объятиях, но чувствовал, как исходящие от ее тела теплые волны, разрушают его волю, наполняя желанием.
— Ты права, — пробормотал он. — Нужно что-то делать с моими руками.
Нико исчез в темноте ванной комнаты. Оставшись одна, Кетлин постаралась вспомнить тот момент после пожара, когда ей в голову пришла мысль, что он все-таки беспокоится о ней. «Права ли я?» — недоумевала девушка. Было очевидно, что Нико действительно заботился о ее безопасности. Но почему он делал это: из чувства долга или из других побуждений? В данный момент она не знала, как ответить на поставленный вопрос. Но в душе затеплилась надежда. Кетлин решила еще раз попытать счастья, ведь не случайно же принес он ее в эту комнату.
— Покажи руки, — попросила она, когда Нико вернулся.
— Они в порядке.
— Тогда не произойдет ничего страшного, если я все-таки взгляну на них? — кротко сказала девушка, взяв его за руку и подводя к канделябру.
Кетлин погладила ладонь, рассматривая каждый палец, ища следы ожогов. Ее прикосновения были легкими, словно крылья бабочки, но вызвали бурю в его душе.
Чтобы убедиться, что руки Нико действительно не пострадали, она надавила на ладонь.
— Больно?
Он с трудом проглотил слюну. «Не так больно, как твоя близость», — подумал Нико, но лишь покачал головой.
— Нет.
Так же тщательно Кетлин исследовала и другую ладонь. Закончив осмотр, она, не выпуская руки, легко и нежно погладила костяшки его пальцев.
— Тебе повезло. Ты мог бы получить ожоги.
— И ты тоже, — свободной рукой Нико провел по ее спине.
Тепло свечи согревало щеку Кетлин, а тепло руки, скользящей по телу, вызвало внутренний жар.
— Нет, необязательно.
— Да, черт возьми, могла обжечься! Я никогда не видел ничего подобного. Ты беспокоишься о доме больше, чем о себе.
— Ты преувеличиваешь.
— Дорогая, этот пожар — не преувеличение, — Нико провел пальцем по ее щеке. — Когда я представляю, что мог сотворить огонь с этой кожей… — голос его задрожал, и Кетлин поверила, что он испытывал ужас при этой мысли.
— Такое впечатление, что ты, действительно, беспокоишься обо мне.
Нико отдернул руку. Он слишком хорошо помнил, что произошло на берегу. Его тело изнывало от желания вновь обладать ею. Это было бы так легко, так прекрасно, так умопомрачительно. В том-то вся и беда. Нико не мог позволить себе вновь потерять контроль. Это только усилит ее страдания. Он уже сейчас совершил ошибку, позволив чувствам взять верх над разумом. И нужно как-то все исправить.
— Конечно, беспокоюсь, — как бы случайно обронил Нико.
— И как же сильно ты беспокоишься?
Он нахмурился, досадуя на себя и обстоятельства, которые не позволяли быть с ней честным.
— Что за вопрос?
— Вполне обоснованный. Ты же видишь, что я ничего не понимаю.