— Стоять!— взревел он, следуя велению своего простого сердца. Солнце, Хуан и Скелет флегматично обошли распоясавшегося триумфатора и направились дальше. Но путь остальным перекрыли друзья дембеля. Тогда Скелет вернулся назад и миролюбиво обратился к их вожаку: — Ну, ладно. Че ты!? — за что тут же схлопотал кулаком в лоб.
— Не ты, а Вы — товарищ ефрейтор! — орал дембель, — Пока мы там родину защищали....!
Договорить ему не удалось, поскольку Солнце звонким ударом ноги в ухо уложил его на теплую брусчатку. Ну и естественно: на Солнце сразу навалилось трое и ему едва удавалось отбиваться от них. Хуан резко изменил созерцательности и с криком: — Козлы вонючие, менты поганые, — ринулся на подмогу приятелю. Скелет откуда-то вытащил бритву и держал на прицеле кряжистого детину; Малой повис на плечах его однояйцевого близнеца; Герда и Саша визжали, как собственно, и полагается девочкам. По истечению десяти минут и та и другая сторона претерпели значительные изменения, и неизвестно чем бы это все закончилось, кабы где-то вдали на правой стороне набережной не раздалась спасительная милицейская трель. Обессилившие противники ринулись в рассыпную.
Солнце отыскал в полумраке Сашу, ухватил ее за руку и поволок за собой через клумбы в сторону города.
— Стой! — на бегу окликнула его девушка.
— Что? — остановился он.
— Я тебя люблю, — все еще задыхаясь, призналась она.
— Да? — отчего то уточнил Солнце.
— Да, — кивнула Саша и спросила: — Это плохо?
— Я не смогу с тобой остаться, — сказал молодой человек.
— Я знаю, — кивнула она и добавила: — Я все равно тебя люблю.
Солнце помолчал, глядя перед собой в землю, наконец, поднял на Сашу глаза, протянул руку и предложил:
— Тогда пойдем. Я тебе покажу дом, хотя этого делать нельзя.
— Это нарушение инопланетного устава? — предположила Саша.
— Что-то вроде этого, — усмехнулся он и крепко пожал ее руку.
— Я ни кому не скажу, — пообещала она.
Они обошли стороной парк, спустились по склону к морю, перелезли через решетку, миновали заброшенную пристань и старые гаражи вокруг нее, пока, наконец, не вышли к стоящему в глубине пустыря домику.
— Проходи, — Солнце распахнул перед девушкой дверь и пропустил вперед.
— Это и есть тот самый дом? — спросила она.
— Да, — вздохнул молодой человек: — Это и есть дом восходящего солнца. Из дверей виден восход, из окон закат.
— Класс, — вздохнула Саша: — А навсегда здесь нельзя остаться?
— Нельзя, — покачал головой Солнце: — Это именно то время. Иначе восход будет там, — и он показал рукой на правую стену: — А закат там, — и он ткнул в левую стену.
— Да, — огорченно согласилась она, но тут же уточнила: — Сейчас ведь то время?
— Сейчас то, — кивнул молодой человек и поцеловал ее.
Мир вокруг закружился подобно водовороту в глазах Саши: Глаза Солнца, луч маяка за окном, фотографии каких то людей на стенах, бронзовые купидоны на спинках кровати и обрывки знакомого сна с сидящим на берегу человеком. Это был Солнце, только старше, гораздо старше.
Ребята знали, что иногда слова только мешают. Все и так ясно. Они просто играли и этого было более чем достаточно.
Саша не помнила толком, как прошла ночь, как они вышли из дома и опомнилась только на пляже. Посмотрела на идущего рядом молодого человека, заметила вопрос в его взгляде и подтвердила:
— Я ни когда, ни кому не скажу про дом.
— Спасибо, — поблагодарил он.
На пляже они застали всех остальных. Система сидела у мерцающего костра и смотрела на рассвет, но что самое удивительное: на пышной груди Герды дремал дембель.
— Жениться хотел. Обещал хиппи стать, — сообщила она подошедшим.
— На один рот больше, — заметил сонный Малой и добавил, покосившись на дембеля: — А рот у него большой.
— Пойдем, что ли? — предложил Хуан. Солнце кивнул, и друзья, предварительно растолкав демобилизованного спутника, встали, завалили галькой костер и двинулись прочь. Дембель на мягких ногах еще постоял, осоловело глядя им вслед, пока наконец огорченно не плюнул и не побрел к городу, оставив китель в позументах лежать на камнях.