Хм, что бы позволить себе на роскошную зарплату? Может быть батон белый нарезной? Или лучше свежий апельсин? С ощущением тоски и безысходности я брожу между полок пытаясь найти что-нибудь, что могло бы скрасить испорченное утро и что не нужно готовить на плите (моя окончила свою жизнь на прошлой неделе. Разрушилась — шутка для своих, ха-ха).
— Доброе утро. А вы тоже одаренная? — девушка на кассе пробивает мне питьевой йогурт.
Слова застревают у меня в горле. Разве можно найти более нелепый способ влезть в чужую жизнь? Очередь хмуро косится на нас, но девица (тощие рыжие косички, крупные очки и длинный нос) невозмутимо продолжает:
— Подождите меня у входа, пожалуйста. Я сейчас отпрошусь.
Я жду ее две минуты, я жду ее пятнадцать минут. Я мну в руках пустую йогуртовую банку и жду, жду, жду, жалея, что не курю. Она появляется неспешно, чуть ли не вразвалку и что-то в ее походке напоминает мне о плывущих лебедях.
— Я сразу поняла, что вы со способностями. Так же вы сейчас себя называете?
Не знаю, что меня шокирует больше, что она сразу поняла или что причислила меня к команде Джудит.
— Что по мне сразу видно?
— Да, конечно, — она пытается улыбнуться, но глаза остаются холодными. — Это в выражении лица. Скорбное. У вас скорбное лицо. Все одаренные люди невеселые. Тяжесть дара.
— Ты не выглядишь скорбной.
— Шутите? Конечно, выгляжу. Но до вас мне далеко, вы правы. Что вы умеете?
— Умею?
— Ну, чем вас жизнь наградила? Дар?
— А, про это речь. Разрушение — так говорят.
— Ого, как интересно. Я про такой не слышала. И что вы можете?
— Ну, как ясно следует из названия, я умею разрушать, — неуверенно произношу я. На нее не получается злиться. Из-за общей аморфности, иногда переходящей в хамство, она выглядит недалекой и... Она выглядит ребенком.
— То есть прям разрушать? Можете взять и разрушить, например, то здание сейчас? — она указывает на высотку, стоящую перед нами.
— Не знаю. Ну, то есть, я этого не хочу. Там же люди живут, — я пожимаю плечами.
— То есть не можете. А что можете? Сердце остановить? Поссорить людей между собой?
Я пожимаю плечами. От ее вопросов по спине ползут мурашки.
— Вокруг меня постоянно что-то ломается. Это как-то само происходит. А у тебя что за дар?
Она вдруг молчит, ковыряет носком кроссовка тротуарную плитку, и скрещивая руки на груди, выплевывает:
— Ну, связи. Связист я.
— То есть ты создаешь всякие новые штуки из старых? — перенимаю я ее манеру общения. — Можешь, например, починить трещину в этой урне?
— Могу, — с вызовом произносит она и сжимает губы. Вероятно, дальнейшие расспросы неуместны.
— А почему ты не с Джудит? — не знаю с чего я это взяла. Просто я знала.
— С Джудит? Это кто?
— Такая резкая блондинка. Они делают добрые дела, — лицо у меня непроизвольно кривится. Неужели я настолько прониклась отвращением к добрым делам?
— А, помню. Они приходили, говорили, что вместе делают мир лучше, — усмехается. — Как будто мир нуждается в их улучшениях.
— Но разве... Разве ты не хочешь реализовать свой дар? Использовать его так, чтобы он приносил пользу людям?
— Я и так его использую. И он и так приносит пользу людям.
— Ты могла бы лечить болезни или спасать жизни. А ты работаешь на кассе в супермаркете.
— В самом деле? Какое оригинальное рассуждение. Давай-ка поговорим еще об этом. Итак, я работаю в супермаркете и прозябаю здесь в безвестности вместо того, чтобы присоединиться к вашей команде супергероев. Так?
— Не нашей. Я пока ни в какой команде, — запоздало пытаюсь я сдать назад.
— А ты, ты, наверное, нашла способ применить разрушение на пользу человечеству. — она тычет в меня пальцем. — О, я уверена, ты используешь свой дар не для обогащения и не для получения ощущения собственной значимости. Ты работаешь не напоказ, не ради зрелищного костюма и атмосферы волшебства, не ради ощущения избранности, а просто потому что ты любишь этот мир и людей в нем. Что же конкретно ты делаешь, скажи мне, о Учитель?
— Успокойся. Ничего я пока не делаю. Я просто пытаюсь разобраться в том, что происходит.
— И как? Получается? Как успехи?
— Пока нет, — признаюсь я, и на некоторое время мы умолкаем.
— Просто меня бесит их лицемерие. Я вполне помогаю людям, которые находятся рядом со мной. И для этого мне не обязательно ходить на тайные сборы, на которые пускают только посвященных. — она смотрит мне в глаза и снова пожимает плечами. — Я тут всегда работаю, так что, если что — забегай. Я буду рада повидаться. А сейчас мне пора. Пока, Разрушение.