— Погоди, а как тебя зовут?
— Они называют меня Эни Лью.
Двойное имя. Что тут еще скажешь.
Я возвращаюсь домой, в свои тусклые четыре стены. Окно, раковина с грязной посудой, облезающие обои. В жизни надо что-то поменять — не могу же я и в самом деле зациклиться на всей этой истории со способностями и проклятиями. В конце концов, до этого я жила спокойно и счастливо. У меня перед глазами мелькает воспоминание о горящем городе, но я отмахиваюсь от него. Надо что-то изменить. Кардинально. Может ремонт или работу. Или освоить новую профессию. Или научиться чему-то новому.
Научиться. Что там говорил этот Омар? Только я сама могу научиться пользоваться своим даром. Что не жалко из того, что есть дома?
Я сажусь за кухонный стол и ставлю перед собой новую кружку. Они и так бьются каждую неделю, значит с ними проще будет разобраться.
Я смотрю на кружку.
Я концентрируюсь на кружке.
"Кружка, ты должна разрушиться," — усиленно думаю я.
Я чувствую себя идиоткой.
Проходит несколько минут. Определенно, что-то идет не так. Нужно сменить тактику.
Я прошу кружку разбиться. Я молю ее окончить свою жизнь. Я представляю, как я разламываю ее на части. Я воображаю, что бью ее и она разлетается на осколки. Я думаю обо всем этом с открытыми глазами, с закрытыми, рядом с ней, в соседней комнате, на улице. Солнце клонится к горизонту, а кружка цела и невредима.
Я стараюсь разозлиться. Мерзкая кружка. Ненавижу ее. Ненавижу кружки вообще. Я буравлю ее злым взглядом, но на ней не появляется ни трещинки в отличии от всех остальных кружек, которые рассыпались у меня прямо в руках.
Руки.
Как я раньше не догадалась.
С замиранием сердца я протягиваю руки и касаюсь массивной ручки пальцем. Телесный контакт. Он должен помочь. Так пишут во всех эзотерических книгах. Секунда, две. Ничего. Она словно издеваясь смотрит на меня целая и совершенная.
Вспышка гнева ослепляет мое сознание и я, в ярости, швыряю кружку об стену. Осколки разлетаются по всей комнате, я вижу, как некоторые из них залетают под грязную раковину. Обессиленная я пытаюсь опуститься на пол, чтобы сдаться, только взрыв газа в соседней квартире не позволяет мне сесть.
Ослепительная вспышка, вторящая моему мимолетному гневу, выжигает соседское жилье, разламывает часть несущей стены и верхние этажи оседают на меня. Я вижу это словно в замедленной съемке. Мелко хрустят камушки. Мои руки сплошь покрыты ожогами (снова) и порезами. Голова идет кругом, и я вижу у себя перед глазами осколки от чашки. Оказывается, я лежу на полу — еще или уже. Кругом слышны крики и плачи, и причитания, и темнота смешивается с закатом, как нефть с оливковым маслом. Во рту у меня горько и я верю, что забуду все, что со мной сейчас происходит. Я стараюсь не смотреть на свое тело, надеясь на то, что с ним ничего не случилось. Что у меня все также две руки, две ноги, что все мои конечности целы, а лежу на грязном линолеуме я из-за сотрясения.
Боль застилает глаза матовой пленкой. Можно было бы сказать, что мне все равно, если бы не пронзительное ощущение пульсирующей жизни во мне.
Разрушение.
Кажется, я все-таки что-то разрушила. Только не кружку, точно не кружку.
Как мне удалось перекрыть этот жизненный поток? Разве это вообще возможно? Какова природа разрушения? В чем его смысл? В распаде?
Я бормочу себе под нос, что-то о разрушении, когда меня вытаскивают из-под завалов. Они молодцы. Спасатели. Могут собой гордиться.
Справка №1
Источник: LENTA.RU
Один человек погиб и 83 тяжело ранены в результате взрыва газа в общежитии
17-летняя девушка погибла и 83 человека пострадали в результате взрыва газа в общежитии, сообщает ИТАР-ТАСС.
24 человека, из них 10 детей эвакуированы в ожоговый центр, у восьми пострадавших ожогами охвачено до 80 процентов поверхности тела. Пострадали все жильцы, находящиеся в это время дома, многие получили ожоги лица, рук, ног, дыхательных путей первой и третьей степени тяжести с охватом поверхности тела до 20 процентов.
<...>
С помощью подоспевших отрядов МЧС удалось ликвидировать огонь. Сгорело все имущество жильцов, люди временно размещены в гостинице.
Дальнейшую судьбу пострадавших решает оперативно-правительственная комиссия, которую возглавил глава...
Глава 7. Таша
— Довольно странный способ улучшить жилищные условия, — я с трудом концентрируюсь на ее лице. Никто не говорил мне, что мир может быть таким выпуклым и рельефным. Знакомые ощущения. Может и весь этот дурной отрезок между больницами — только сон?