— Всё шло хорошо, но в конце мы поругались. Зашла речь про то, что между нами когда-то было. И он наговорил неприятных вещей… Признал, что ему было на меня плевать. Я психанула, послала его подальше и ушла.
— Ясно, — задумчиво ответила Голикова. — Но стремянка-то ещё у вас?
— У меня.
— Отлично. Завтра я приеду к вам к девяти утра, и мы набросаем план действий.
— Каких действий? — забеспокоилась я. — Я же поругалась с ним, вряд ли он захочет меня видеть.
— Ничего страшного, мы всё решим, — голос Ирины зазвучал бодро и весело. — До встречи, Ева!
В том, что «план действий» Голиковой придётся мне не по душе, я не сомневалась, однако предпочла выбросить из головы неприятные мысли. Как там говорила Скарлетт О'Хара? «Я подумаю об этом завтра». А пока стоило проверить информацию, рассказанную Никитой.
Я перекусила наспех сделанными сэндвичами с сыром и ветчиной и занялась изучением соцсетей Ростова, Леры и их окружения. Периодически я писала заметки в блокноте, чтобы потом связать воедино все значимые факты.
Нашлись две собаки: щенок йоркширского терьера и акита-ину. Несколько фотографий терьера двухгодичной давности было на странице Леры, а одна с более поздней датой — на странице Веры Андреевны, мамы девушки. Повзрослевший йорк позировал на травке перед трёхэтажным коттеджем Лериных родителей.
С акитой Лера выложила всего одно фото, зато на странице Никиты внезапно обнаружилось видео. Собака гуляла где-то в лесном массиве, а за кадром звучал его добродушный голос:
— Давай, Энжи, ищи след! Ищи и получишь вкусняшку!
Посты Леры под фотографиями пестрели грамматическими ошибками и состояли из набивших оскомину цитат известных людей и псевдофилософских мыслей.
«Меня легко потерять, сложно найти и невозможно забыть» — гласила подпись рядом с изображением Леры с двумя бокалами шампанского в руках где-то в ночном клубе.
Алкоголь на фото попадался часто. Я обратила внимание на снимки из отеля в Дубае. На прикроватном столике, помимо помады, упаковки тампонов и тонального крема стояло шесть пустых бутылочек из-под виски и водки. Судя по всему, Лера любила выпить, что не очень соотносилось с образом хорошей девочки. И в комментариях под изображениями кое-кто тоже это заметил.
Конечно, большинство людей поддерживало погибшую. Для многих Лера посмертно стала кумиром. Но были и те, кто писал что-то вроде: «По ней видно, что шлюха и алкашка, поэтому плохо кончила», «Тупая мажорка связалась с психопатом», «Мадам с двумя высшими подозрительно плохо дружит с русским языком».
На странице Никиты не нашлось ничего необычного — те же путешествия и рестораны. Правда, фотографий раз, два и обчёлся. Он явно не придавал соцсетям того значения, какое они имели для Леры.
Видео из собачьего приюта были трогательными.
— Посмотрите, какой сладкий пушистик, — жмурясь от удовольствия, Лера тискала на камеру симпатичного крохотного щенка неясной породы. — Мы нашли его на обочине дороги за городом. Похоже, кто-то его выбросил прямо из машины. Он был ужасно голодным и весь дрожал от холода! Ма-аленький мой!..
А потом она попыталась открыть клетку, чтобы запустить туда щенка. Подёргав щеколду, Лера неуверенно пробормотала:
— Как, блин, она открывается…
На другом видео Лера не смогла найти выключатель от хозблока. А ещё на одном спросила у девушки-волонтёра:
— Где Бруно? Почему вольер пустой?
— Ему нашли хозяев, уже недели две как.
— А-а.
Все эти мелочи указывали на то, что Лера и впрямь появлялась в приюте нечасто.
Я несколько раз пересмотрела печально известное видео из подъезда в замедленной съёмке. Вот Лера с Никитой подходят к лифтам. Леру как будто плохо держится на ногах. Пьяна? Она активно жестикулирует, затем поворачивается к Никите и действительно вцепляется в лацканы его пальто. Он перехватывает её запястья и грубо отталкивает от себя. Падение Леры и удар головой об стену не остужают его пыл. Он почти волочит её за капюшон в лифт. Что могло его настолько разозлить? О чём они спорили в ту ночь?
Наступило девять вечера. Я устала, у меня разболелась голова. Я так увлеклась своим маленьким расследованием, что совсем забыла про ужин. Готовить на ночь глядя не было ни сил, ни желания. Я легла в постель и включила напоследок перед сном телевизор: на одном из федеральных каналов вышла новая передача с участием Лериной мамы.
Вера Андреевна пришла на ток-шоу для отдельного интервью длиной в час. До этого она выступала в числе приглашённых гостей.
Увидев Лерину маму в телевизионной студии, я на секунду потеряла дар речи. На первых интервью та сутулилась, одевалась в старомодные платья. Жидкие с отросшей сединой волосы были собраны в неопрятную гульку. Когда она плакала, её речь уходила в невнятное бормотанье, отчего приходилось напрягать слух, чтобы разобрать слова.