— Значит, через час мне повезет?
— Как знать, — поддела Кэсси. — Я думала, тебе и в твой день рождения повезет…
Я закатил глаза. Ну да. Эта тема должна была рано или поздно всплыть. Мы и так слишком долго избегали ее. Пришло время поговорить. Только бы не ляпнуть лишнего и остаться везунчиком. Но прежде чем я открыл рот, она выпалила:
— Прости, что пришла в бар в таком виде. Клянусь, я… увлеклась… просто не подумала.
У меня отвисла челюсть. Может, Джинджер и ей мозги промыла? Или… Стоп, Картер, не раскатывай губу, это очень нескромно полагать, что твое присутствие в ее жизни способно изменить склочный характер. Черт, но было бы здорово.
— Кэсси, я… Извини, что был груб, — проговорил я мягко, но тут же добавил, не успев вовремя прикусить язык: — Но ты должна понимать, что твой вид был…
— Неприемлемым, вызывающим, провокационным… — предложила она и, сдаваясь, подняла руки. — Оба накосячили, о'кей?
— Я больше, — настаивал я. — Я обещал быть послушным мальчиком.
— Для начала вымой посуду, несносный мальчишка, а там посмотрим.
Она шлепнула меня по заднице, и я драматично взвизгнул.
— Наручники у тебя в бардачке… Они все еще там?
Она прошептала это мне на ухо. Так сексуально, что у меня сразу встал. Тарелка задрожала в руках, я очень аккуратно убрал ее в шкаф.
— Эээ… да. Сгонять? — я не верил своему счастью.
— Одна нога здесь — другая в спальне, — скомандовала она тем же низким бархатным шепотом на выдохе.
Я побежал за браслетами, уловив краем глаза, что Кэсси отправилась наверх.
Сладкое предвкушение зашкаливало, как и напряжение у меня в штанах. Я быстро нашел наручники и вернулся с ними в спальню. Кэсси не было. В ванной горел свет. Ох, черт… готовится. Что-то будет. Я бросил браслеты на тумбочку, сорвал покрывало и одеяло с кровати, разделся, присел.
Кэсси вошла через пару минут. В тусклом свете ночника ее кожа, прикрытая только красивым кружевным черным бельем, практически мерцала. Высокий хвост, глаза подведены, помады нет. Горячая кошка. Я опять уронил челюсть.
Привыкну я когда-нибудь к ее совершенству? Вряд ли.
— Такой хороший мальчик… — улыбнулась она, втиснув коленку между моих ног.
— Уже обнажен… и готов.
Кэсси аккуратно потерла коленкой мой пах. Я по привычке положил ладони на ее попку, сжал.
— Хей! — она шлепнула меня по рукам. — Я разве разрешала трогать?
— Кэсси, — я захныкал, как маленький, но руки убрал. — Пожалуйста.
Она обхватила ладонями мое лицо, наклонилась, провела языком по моей нижней губе, продолжая потирать меня.
— Держи свои желания и руки при себе, малыш.
Отступив на шаг, Кэсси кивком приказала мне забраться на кровать. Я подвинулся к спинке, она тут же оседлала меня. Ее губы покрыли поцелуями мое лицо, шею, она пососала мочку уха, прикусила. Мои руки опять вышли из-под контроля — накрыли ее грудь.
— Ох, Алан… — прошептала она, разочарованно отстранившись. — Ты меня вынуждаешь…
Нуда, я вынуждал. Кэсси потянулась к браслетам.
— Ты сам себе враг, сладкий, — улыбнулась она, заключая мои запястья в стальные оковы так, что цепочка оказалась обернутой за чугунным орнаментом изголовья кровати.
Мои руки были зафиксированы над головой. Я взглянул на Кэсси. Демоническая усмешка кривила ее губы. Она провела руками вдоль моего тела, пощекотав ногтями низ живота. Я опять не сдержался — с глухим стоном толкнулся вперед бедрами.
— Такой нетерпеливый, — Кэсси наклонилась к моему уху снова, но только чтобы горячо прошептать: — Хочешь меня?
— Да.
— Сильно?
— До одури, детка. Так хочу… Пожалуйста, — я продолжал толкаться в нее своей эрекцией, подтверждая свои слова нетерпеливыми действиями.
— Еще. Попроси меня как следует. Громче, — она стала двигаться мне навстречу, так что я смог почувствовать ее уже влажные от возбуждения трусики.
— Трахни меня, Кэсси. Пожалуйста. Ты так нужна мне, красавица, — почти прокричал я, сходя с ума от сладкого предвкушения.
— Да, вот так, милый. Еще, — она извивалась на мне. Ее заключенные в кружево груди вжимались в мой торс.
— Пожалуйста, детка. Пожалуйста! — громко вымаливал я, дергая руками, лязгая цепочкой.
— Не так быстро.
Пустота. Все исчезло — она отстранилась. Я скривился от ощущения потери.
Кэсси стояла на коленях, расставив ноги по бокам таким образом, что ее центр не касался меня. Я зажмурился, умоляюще выдавил:
— Кэсси.
— Шшш… открой глаза. Посмотри на меня.