Отдыхать. Наслаждаться. Просто жить.
Нет. Не выходит. Да я и не пытаюсь. Ни одной вылазки в клуб. Через две недели друзья бросили мне звонить, уговаривать встретиться. Через три Кэт забеспокоилась обо мне, предложила вклиниться в их компанию. Через месяц она стала лишь иногда заглядывать ко мне в комнату. Наверное, проверяет, не сдохла ли я. Понимаю. Стремно жить с депрессивной особой. Еще руки на себя наложит. Не больно-то приятно наткнуться в собственной квартире на хладный труп.
Мороженое. CSI. Запах Алана. Он уже почти не улавливается. Его белье успело пропитаться мной. Черт! Почему запах нельзя законсервировать? Зря я каждый день таскаю его шмотки. Беречь нужно. По праздникам надевать. Ох! Я такая дура.
На экране замелькали титры. Я откинула ведро с пломбиром и, скрючившись, зарыдала в коленки. Стоп. Нет. Хватит. Нужно что-то придумать. Записаться на фитнес или на танцы. Или на кулинарные курсы. Да хоть на вязание крючком.
Только бы не думать. Ага, Форман, а ничего, что ты на работе уматываешься до чертиков? По двенадцать часов без обеда. А что? Начальство в восторге. Ну еще бы… теоретически, я должна приходить домой и валиться спать. Нет. Мой кривой разум не желает выключаться без дозы вредной еды и душераздирающих мыслей. Возмездие. Чертово возмездие. Мое тело, мой мозг, мое сердце — все мстят мне. Мне одной.
Я встала с кровати, включила свет, подошла к зеркалу. Призрак. Фантом. Алло, куда вы дели Кэсси? Где она? — в Сэнди!
Что я делаю? Стена — кулак — удар. Что я здесь делаю? Окно — шум мегаполиса
— свежий воздух. Ненавижу! Постель — одеяло — накрыться подушкой. Опять реву.
Здесь все чужое. Все не так. В Сэнди теплее. И ветер у озера ароматнее океанского бриза. Еще бы! Он же смешивается с его запахом…
«Я не могу… не хочу… Люблю тебя… останься… со мной… Прошу тебя!»
Как я могла уехать? Как я до сих пор хожу, дышу, функционирую? Там же мое сердце. Там моя душа. Там моя суть. Моя любовь. Я оставила все, что делает меня живой, в этом маленьком городе. Стоп! Давно ли я полюбила Сэнди? — недавно. Давно ли я ненавижу ЛА? — месяц. Давно ли все повернулось с ног на голову? — год назад.
Мой ад стал раем. Моя жизнь — его глаза. Мое счастье — его улыбка. Мой смысл
— его желания.
Я вылезла из своего укрытия. Под подушкой не спрячешься от правды. Можно уехать хоть на северный полюс, но от себя убежать невозможно. Сколько еще я буду бегать? Всю жизнь? Зачем? Я так старалась встречать все плохое колючками перепуганного до смерти маленького ежика. Может быть, пора прекратить? Хватит обороняться, хватит нападать. Пора сдаться. Ведь я жажду плена. Я желаю вечно сидеть под арестом в его волшебной тюрьме.
Спотыкаясь, я помчалась в гостиную. Сумка. Вытряхнуть все! Телефон, чертов телефон. Где? Вот. Отлично. Позвонить!
Я сбросила вызов, понимая, что не знаю, о чем говорить. Просто послушать его голос. Он злится, наверное. Я бросила его. Я бы злилась.
Я сидела на полу с трубкой в руке, отчаянно ища подходящие слова.
Привет, как дела?..
А я паршиво. Я дура. Ты простишь меня когда-нибудь? Можно я вернусь? Мне негде жить — мой дом продан. Можно у тебя? Мне негде работать. Эмбер нашла кого-то?
Боже… Все не то…
Я вздрогнула, почувствовав в руке вибрацию. Телефонный звонок разорвал тишину.
— Алло, Хайди?
— Кэсси, привет, прости, что поздно. Но это срочно, — фоном громыхала музыка — веселится, блин. — Я встретила того парня из Marks&Spencer… как его? Ты говорила недавно, что не можешь его достать.
— Тим? Тим Робинс? — я аж затряслась. Этот засранец упорно игнорировал мои е-мейлы, звонки и сообщения. Мне нужен был контракт на поставки. Я тут же встрепенулась. Работа держала меня в тонусе.
— Да-да! Он. Я словила его в баре случайно. Он извинялся. Их офис переехал.
Короче, он хочет видеть тебя завтра. Говорит, что контракт готов, и он все подпишет. Ты сможешь подъехать?
— Черт, Хайди, конечно!
— Записывай адрес.
Я нацарапала в ежедневнике улицу и дом. Ежедневник… Подарок… Алан… Стоп!
Работа.
— Он говорит, чтобы ты не удивлялась, — там ремонт на первом этаже. По лестнице — на второй. Завтра в одиннадцать. Удачи, Кэсси.
— Ага, спасибо. Хайди, я твой должник.
— Без проблем.
Я заулыбалась. Стало легче. Люблю этот дурдом. Завтра. Подумаю завтра.
Может, этот контракт станет последним. Конечно, отработать месяц и слинять — редкое свинство. Я только вошла в дикий темп, только вникла во все нюансы. И кто сказал, что меня примут в Сэнди с радостью? Скорее наоборот.