— Ох, нет. Конечно, нет. Просто… Тут еще кое-что…
— Кевин?
— Он умер. Твой коллега тоже здесь. Лем, кажется? Его задело, но все хорошо.
Он успел вовремя. Прости, я не знаю подробностей. Но Кэсси!..
— Ух… — я выдохнул.
Форд сдох. Лем не подвел. Потом порадуюсь. Только почему отец светится, как медный таз?
— Что Кэсси? Говори уже.
— Она беременна, Алан… — проулыбался Саймон и быстро добавил: — От тебя?!!
Скажи, что от тебя!
— Что?.. — я уперся рукой в стену, чтобы не упасть. Ноги подкосились.
— Срок маленький. Четыре — шесть недель. Она же была в Сэнди еще? С тобой?
Алан, скажи что-нибудь… Ты понимаешь, что это чудо просто? Ребенок в порядке. Она тебе не говорила?
— Н-нет… — выдавил я.
Я старался дышать, но получалось через раз.
Кэсси беременна.
От меня.
Последняя ночь. Она не ждала. Никаких таблеток. Мы оба позабыли обо всем.
Она знала? Почему не сказала? Не хотела? Аборт? Нет! Не верю. Не хочу.
Ребенок. Наш ребенок.
— Она, может, и сама не знает. Алан, вам нужно пожениться. Мама будет счастлива. Пока срок еще маленький. Боже, я буду дедом! — тараторил мой отец, чуть ли не приплясывая от радости.
— Пап, прекрати, пожалуйста… — простонал я. — Дай мне… переварить.
— Ох, конечно, я провожу тебя до палаты. Она спит. Наверное, до утра не очнется.
Отец показал, где Кэсси и тактично удалился, оставив нас вдвоем.
Спит.
Моя красивая девочка. Ссадина на лбу. Рука в шине. Под глазами круги.
Похудела.
Я стоял и смотрел на нее. Мне было просто необходимо впитать это ощущение.
Она в порядке. Она жива. У нее под сердцем мой ребенок. Я никуда не отпущу ее больше. Мы навечно связаны. Все будет хорошо.
— Алан, — отец вернулся. — Поехали домой. Она проспит до утра.
— Не могу. Я останусь. Приеду завтра, извинись перед мамой.
— Хорошо, — он все понял, ушел.
Я присел на диванчик, не сводя с нее глаз. Теперь все будет иначе.
Форд сдох. Я долго разговаривал с Лемом. Слава богу, он успел вовремя.
Заподозрил неладное, пошел за Кэсси.
Я видел запись. Она победила свой страх. Ее покорность только для меня.
Врезала этому скоту по яйцам. Я даже слегка завидовал. Сам мечтал наградить таким орденом извращенца.
Я поежился. Что было бы, не появись Лем вовремя? Он бы догнал ее? Убил бы?
Нет! Не думать… он хотел отомстить мне. Я бы никогда себе не простил… Ох, черт! Но теперь все хорошо. Она жива. Все хорошо. Теперь все будет хорошо.
Я не заметил, как задремал. Мозг так и не отключился до конца, балуя меня вспышками с просмотренного видео, заставляя вздрагивать от ужаса.
— Алан… — услышал я тихий голос.
Я улыбнулся, желая досмотреть приятный сон.
— Я что, сплю? — проговорила она.
Я разлепил веки. Карие глаза, еще мутные ото сна, но такие родные. Я стряхнул остатки дремы и поспешил к кровати.
— Привет, — улыбнулся я.
— Привет, — прошептала Кэсси. — Мне приснился Алан — и появился Алан.
Определенно, это добрый знак.
Глава 27. Мамы
Алан
— Привет, — прошептала Кэсси. — Мне приснился Алан, и появился Алан.
Определенно, это добрый знак. Я улыбнулся ей, присев рядом на краешек кровати.
— Как ты? — спросил я аккуратно. — Как себя чувствуешь?
Мне чертовски сильно хотелось завалиться рядом, прижать Кэсси к себе, гладить ее волосы, целовать бледные щеки, но… Нет. Я не могу делать вид, будто все как раньше. Потому что теперь все иначе.
— Погано, если честно, — она поморщилась. — Словно с лестницы загремела.
Я не мог не рассмеяться.
— Ты и загремела.
— Да, я помню… — ее глаза расширились, Кэсси крепко схватила меня за руку. — Кевин… он…
— Тшшш… — я все-таки позволил себе придвинуться ближе, сжал ее ладонь в ответ, а свободной легонько коснулся ее лица. — Его нет больше. Он сдох.
— Ох… — она зажмурилась, а потом резко выдернула руку, прижав ее к глазам. — Это… ох…
Я растерялся. Она продолжала охать и что-то невнятно бормотать. Я ни черта не понимал. Не может же она жалеть его после всего, что было?
— Я ужасная, да? Мне его не жалко совсем. Я рада, что он умер. Это плохо, да?
Также нельзя, но я рада, — заговорила она наконец.
— Кэсси, господи! — я отвел ее руку от лица. — Он же тебе всю жизнь испоганил.
С какой стати тебе его жалеть? Он бы убил тебя нахрен. Неужели ты не понимаешь?